Что предлагает партия яблоко

  • автор:

Партия «Яблоко»

Росси́йская объединённая демократи́ческая па́ртия «Я́блоко» — левоцентристская политическая партия современной России. В 1993—2003 партия была представлена фракцией в Государственной думе России.

В Госдуме 1-го созыва фракция «Яблоко» была создана на базе избирательного блока Явлинский — Болдырев — Лукин (исходя из первых букв фамилий «ЯБЛ» и было придумано название партии), который получил 7,86 % голосов. На выборах в Госдуму 2-го созыва «Яблоко» получило 6,89 % голосов. На выборах в Госдуму 3-го созыва — 5,93 % голосов. На выборах 2003 года «Яблоко» завоевало 4,30 % голосов и не получило мест в Госдуме по партийным спискам (но 4 кандидата от партии прошли по одномандатным округам). Стал широко известным факт звонка В. В. Путина Г. А. Явлинскому ночью во время подсчета голосов с поздравлением с преодолением партией 5%-го барьера. Однако, легенда сторонников «Яблоко» гласит: к утру оказалось, что число избирателей, принявших участие в голосовании в России неожиданно резко выросло, в результате чего процент голосов, полученных «Яблоком», остался ниже барьера. В 2007 году за «Яблоко» проголосовало 1,59 % избирателей и, соответственно, не прошла в Государственную Думу. По динамике изменения процента голосов отданных за «Яблоко» видно, что на каждых последующих выборах терялся 1 % голосов. На выборах 3-го созыва для того, чтобы попасть в Думу, партия «Яблоко» заключила альянс с С. Степашиным. В итоге смогла преодолеть 5 % барьер, но пришла в конце списка.

В Госдуме фракция «Яблоко» выступала за прекращение контртеррористической операции в Чечне, за соблюдение прав человека в России, более справедливую приватизацию государственной собственности.

Содержание

История

Возникнув в ноябре 1993 как избирательный блок, уже в январе 1995 на своём Учредительном съезде «Яблоко» преобразовалось в общественное объединение. На этом съезде был избран Центральный Совет объединения во главе с Григорием Явлинским. Уже за этот небольшой период среди учредителей «Яблока» произошли изменения. В 1994 из блока ушла часть представителей Республиканской партии во главе с Владимиром Лысенко. В том же году на правах региональной организации к «Яблоку» присоединилась Региональная Партия Центра из Санкт-Петербурга. Одновременно началось создание региональных и местных отделений «Яблока».

В 1996 V Съезд «Яблока» подвёл итоги дискуссии о путях развития объединения и проголосовал за решение о постепенном преобразовании объединения в партию. Принятый в 2001 Закон о политических партиях поставил все политические объединения перед жёстким выбором — либо превратиться в партию, которая в организационном плане должна соответствовать определенному набору требований, зафиксированных в новом законе, либо сохранить за собой лишь статус общественного объединения с неизбежной потерей претензий на значительную роль в политике. Это побудило все организации партийного типа, включая «Яблоко», ускорить преобразование в партии. Х съезд «Яблока» (декабрь 2001) завершил этот процесс. На съезде были приняты программа и устав партии и её уточнённое название — Российская демократическая партия «Яблоко», избран новый руководящий орган — Федеральный Совет.

В 2003 партия насчитывала более 85 тыс. членов, состоящих в 74 региональных и местных отделениях. Перед Х съездом в партии развернулась острая дискуссия об основных направлениях партийного строительства, в ходе которой обсуждались две основные позиции. Согласно первой из них, сформулированной первым заместителем руководителя фракции «Яблоко» в Думе Сергеем Иваненко, главную роль в партии должна играть парламентская фракция, а собственно партийный аппарат следовало существенно сократить. Заместитель председателя «Яблока» Вячеслав Игрунов выразил иную точку зрения — основное внимание следует уделить созданию партийной вертикали, строительству партструктур на местах, деятельность которых должна осуществляться на принципах жесткой дисциплины. Осенью 2001 Игрунов, не согласившийся с возобладавшей в «Яблоке» линией партийного строительства, вместе с группой единомышленников вышел из партии. Выход Игрунова из партии и создание им нового политического объединения социально-либерального толка «СЛОН» не повлекли за собой раскол «Яблока». В итоге партию покинула лишь немногочисленная группа членов, а «СЛОНУ» так и не удалось стать заметной силой на российской политической сцене.

В 2008 году лидером партии стал Сергей Митрохин.

Процесс идеологического самоопределения партии

«Яблоко» как политическая партия возникло и развивалось в русле демократического движения. Подавляющее большинство партий и политических объединений этой направленности в идеологическом плане идентифицировали себя с доктриной либерализма. В российской политике 1990-х это означало прежде всего приверженность идеям личной свободы, открытой рыночной экономики, политической демократии, приоритету прав человека над интересами государства, общечеловеческим ценностям, имеющим универсальный характер. При этом зачастую понятие «либеральный» интерпретировалось как противовес политическим силам, выступавшим за реставрацию прежней коммунистической системы или за особый русский путь развития. В период борьбы за демонтаж коммунистического строя термин «либерализм» нередко использовался как синоним для обозначения принадлежности к антикоммунистическим силам.

«Яблоко» возникло как альянс политических групп, представлявших различные идеологические течения — либералов, социал-демократов, христианских демократов. В процессе формирования партии необходимо было определиться с тем, какую «нишу» в партийно-политическом спектре она займёт — станет ли она в конечном итоге либеральной или социал-демократической партией. Нужно было также решить, какая именно формула либерализма может наиболее точно выразить её идейное кредо. Решающим фактором, повлиявшим на идеологическое самоопределение «Яблока», стало отношение к происходившим в стране переменам, их содержанию, направленности, методам осуществления.

На II съезде «Яблока» (сентябрь 1995) был принят программный документ «Путь российских реформ», содержавший негативную оценку первых итогов российских преобразований, которые были охарактеризованы следующим образом:

  • политика — авторитарные тенденции, сопровождающиеся дезорганизацией и беспорядком;
  • экономика — не создан фундамент для экономического роста;
  • общество — нарастающее недовольство и разочарование вследствие ухудшения социальной обстановки и резкого падения уровня жизни.

В документе съезда было сформулировано принципиальное видение реформ:

  • реформы должны проводиться для большинства населения, то есть приоритетными должны быть социальные цели, а не достижение экономической эффективности и сбалансированности государственного бюджета любой ценой.
  • реформы должны осуществляться как институциональные преобразования — при этом приоритетную роль должны играть структурная перестройка экономики, активная промышленная политика, институциональные изменения, а либерализацию экономики нужно проводить постепенно, неравномерно по различным отраслям экономики в зависимости от их подготовленности к рыночной трансформации.

Партия подтвердила приверженность идеям гражданских свобод, соблюдению прав человека, разделению властей, свободной конкуренции в экономике — то есть базовым принципам либерализма.

Была выдвинута идея демократизации политической системы России через возвращение парламенту контрольных полномочий, устранение возможности присвоения одним органом государственной власти полномочий других органов, чёткое определение ответственности Правительства РФ перед Федеральным Собранием через предоставление парламенту возможностей влиять на назначение ключевых министров.

Выдвижение этих принципов означало утверждение «Яблока» в качестве политического объединения социально-либерального типа.

Яблоко о российской специфике

По мнению основателей партии «Яблоко», европейские модели социального либерализма гораздо ближе к российским реалиям, чем социальное государство в США, при котором личность значительно меньше защищена от колебаний на рынке, а объём социальных обязательств государства перед гражданами существенно ниже.

Обосновывая свою позицию, они делали акцент на национальной специфике, обусловливающей трудности внедрения принципов либерализма на российской почве. Признавая цивилизационную, социокультурную специфику России, лидеры «Яблока» настаивали на необходимости учитывать её при осуществлении реформ. Эта специфика в первую очередь включает в себя традиционно высокую роль государства в хозяйственной жизни страны, устойчивую ориентацию значительных слоёв населения на социальную помощь со стороны государственных институтов.

Анализируя особенности социально-экономической и исторической эволюции России, представители «Яблока» особое внимание уделяли диспропорциям в развитии нашей страны.

Так, в России доля населения, адаптированная к условиям рынка, значительно ниже, чем в западных странах. Это объясняется как спецификой истории России, так и последствиями неудачных реформ.

В российской экономике и социальной сфере существуют огромные диспропорции, обусловленные природно-географическим положением различных регионов. Существенны также различия между центром и периферией, между развитыми и депрессивными районами. В результате неудачных реформ заметную роль стали играть диспропорции между бизнес-элитой, обогатившейся в ходе приватизации, и средними социальными слоями, а также между олигархическими группами, получающими преференции в силу своей близости к структурам власти, и большинством российского населения.

В ходе реформ возникли и диспропорции социокультурного характера между группами населения, ориентированными на индивидуальный успех, и огромной частью общества, живущей традиционными ценностями. Помимо этого обострились диспропорции в социальной структуре общества, между поколениями, особенно из-за наличия значительного по численности необеспеченного и социально незащищенного слоя людей старшего поколения.

Для успеха реформ необходимо устранение этих диспропорций, что возможно лишь при эффективной регулирующей роли государства. По мнению представителей «Яблока», экономическая программа современных российских либералов должна заключаться в том, чтобы, не нарушая законов и принципов функционирования свободного рынка, проводить политику социального и хозяйственного выравнивания, используя для этого преимущественно экономические методы регулирования.

Ориентации на европейскую модель развития и на социальный либерализм закреплены и в программе партии, принятой на Х съезде в декабре 2001.

Яблоко и социал-демократия

Среди создателей «Яблока» была и группа социал-демократов, однако в результате долгих дискуссий «Яблоко» первоначально отказалось идентифицировать себя как чисто социал-демократическая партия. В этой связи Григорий Явлинский, говоря о задачах партии на V съезде «Яблока», отмечал:

«наша идеологическая модель строится на основе необходимости сочетания в России либерального и социал-демократического подходов. Это особенность России, в которой мы должны быть либералами, чтобы защищать частную собственность, добиваться снижения налогов, максимальных свобод для предпринимателей, масштабного развития частного предпринимательства, потому что без этого невозможно создать „общественный пирог“. Но мы не можем забывать, что Россия — это страна, которая не может существовать без бесплатного образования, без качественной бесплатной медицины. Мы не можем забывать, сколько у нас пенсионеров, сколько инвалидов, сколько у нас территорий, которые сегодня еще не впишутся в либеральный подход… Мы должны делать всё для того, чтобы либеральные основы экономики были как можно глубже, и одновременно решать первоочередные социальные задачи страны».

В первой половине 1990-х годов, в условиях жёсткого идейно-политического раскола российского общества, идеи социализма вообще не пользовались популярностью в демократическом движении. Дистанцирование «Яблока» от социал-демократии проявлялось не только в политическом, но и в идеологическом плане. Это, в частности, проявлялось в отношении партии к такому базовому идейно-теоретическому принципу социал-демократии, как социальная справедливость. В 1995 Григорий Явлинский говорил:

«Тезис о социальной справедливости — один из самых опасных тезисов, которые могут существовать. Множество раз доказано, что борьба за социальную справедливость рано или поздно кончается страшными трагедиями. Поэтому для нашей страны правильным был бы тезис не о социальной справедливости, а о социальной приемлемости. Это динамическое положение, которое предполагает, что на разных этапах, в разных условиях общество может соглашаться с теми или иными социальными издержками. Особенно в период реформ. И если, вместо того, чтобы организовать эффективное хозяйство, мы снова начнём добиваться справедливости, понимая при этом, что её не существует, что это абстрактный тезис, мы вновь и вновь будем подталкивать людей к социальным конфликтам».

Позднее отношение «Яблока» к понятию социальной справедливости стало меняться. Жёсткий идейно-политический раскол российского общества на сторонников и противников реформ стал уходить в прошлое. Партийная система в стране в значительной мере стабилизировалась, и именно «Яблоко» начало по ряду ключевых позиций в этой системе выполнять функции, которые теоретически могла была бы осуществлять партия социал-демократического толка. Эти обстоятельства подталкивали «Яблоко» в направлении постепенной социал-демократизации. В идеологическом плане это проявилось, в частности, в том, что в новой программе партии, принятой на Х Съезде, «социальная справедливость» трактуется уже как важнейшее условие существования свободного общества в России на основе раскрепощения частной инициативы и развитой системы социальной поддержки.

Таким образом, можно констатировать, что, возникнув как социал-либеральная партия, «Яблоко» претерпевает определенную идеологическую эволюцию в сторону большей «социал-демократизации».

Яблоко как демократическая оппозиция исполнительной власти

Роль демократической оппозиции исполнительной власти, которую «Яблоко» играло практически в течение всего периода президентства Ельцина, неприятием политического и социально-экономического курса, проводившегося главой государства и сформированными им правительствами. Дело дошло до того, что в мае 1999 фракция голосовала за импичмент главе государства — основная масса депутатов поддержала обвинение президента в развязывании войны в Чечне, а 24 депутата голосовали и за импичмент Ельцину по обвинению в вооружённом разгоне Верховного Совета в октябре 1993. «Яблочники», однако, отказались поддержать другие статьи обвинений, в том числе предложенную КПРФ статью о «геноциде русского народа».

Критикуя президентскую и правительственную политику, регулярно голосуя против проектов государственных бюджетов, вносимых Кабинетом министров в Думу, «Яблоко» тем не менее сохраняло готовность к конструктивному сотрудничеству с исполнительной властью. Правда, при этом партия формулировала жёсткие условия для такого сотрудничества, смысл которых заключался в том, что сотрудничество с правительством — и даже вхождение представителей «Яблока» в его состав — возможны лишь в случае признания Кабинетом министров «яблочной» программы действий, в результате чего «яблочники» получат возможность реализовывать её от имени правительства. Отсюда следовала жёсткая установка — если идти в правительство, то только командой.

Исполнительная власть в целях ослабления оппозиции использовала в отношении неё гибкую тактику — в частности, иногда приглашая представителей оппозиционных партий для работы на высоких постах в президентских и правительственных структурах. При этом представители оппозиции в случае согласия оказывались вынужденными проводить официальную правительственную политику, против которой они до этого выступали. Исполнительная же власть извлекала из подобных кадровых решений немалые политические дивиденды, представляя их как успешные действия, направленные на консолидацию политического класса и общества в целом.

Стремление привлечь к работе правительства представителей оппозиции каждый раз возникало у властвующей элиты в ситуациях, когда ей остро требовалось расширение базы поддержки в обществе и в политических кругах. Так, в частности, произошло в ходе президентской избирательной кампании 1996, исход которой до последнего момента был неясен. Это обстоятельство и заставило окружение Президента Ельцина в целях расширения его электоральной поддержки обратиться с предложением к Явлинскому войти в состав правительства. Лидер «Яблока» в качестве условия потребовал отправить в отставку ряд руководителей правительства и администрации Президента, которые, по его мнению, несли ответственность за прежний политический курс (премьер-министра Виктора Черномырдина, первого вице-премьера Олега Сосковца, руководителя администрации президента Николая Егорова, руководителя Службы безопасности Президента РФ Александра Коржакова, директора ФСБ Михаила Барсукова, министра обороны Павла Грачева), а также прекратить войну в Чечне, внести серьёзные коррективы в социально-экономическую политику. Эти условия приняты не были, и вхождение Явлинского и его команды в правительство не состоялось.

Некоторые члены фракции «Яблоко», профессионалы в своей области, всё же принимали предложения исполнительной власти — в ноябре 1997 Михаил Задорнов возглавил Министерство финансов в правительстве Виктора Черномырдина и занимал этот пост до июня 1999, сохраняя его также в правительствах Сергея Кириенко и Евгения Примакова. Оксана Дмитриева в мае 1998 согласилась войти в правительство Кириенко в качестве министра труда и социальной защиты, где проработала до августа того же года. Оба эти случая закончились исключением из партии. Впоследствии Задорнов, прошедший на парламентских выборах 1999 в Думу по одномандатному округу, присоединился к думской фракции «Яблока», но его членство в партии так и не было восстановлено.

В настоящее время члены «Яблоко» не входят в правительство, но член Политического комитета партии Игорь Артемьев возглавляет Федеральную антимонопольную службу.

Яблоко после Ельцина

После избрания Владимира Путина Президентом Российской Федерации в марте 2000 политическая ситуация в стране значительно изменилась. Общественная поддержка нового главы государства — в отличие от Ельцина во время второго срока его правления — была чрезвычайно высокой. Даже в электорате «Яблока» Путин стал самым популярным политиком, опередив самого Явлинского.

Новая политическая линия «Яблока» в изменившихся условиях состояла в том, чтобы, поддерживая в целом курс президента Путина, не вступая, по возможности, в конфронтацию с ним, одновременно жёстко противостоять попыткам правительства использовать прежние подходы при осуществлении следующего этапа рыночных реформ.

«Яблоко» выступало с критикой правительства Михаила Касьянова в течение всего срока полномочий Думы третьего созыва, особенно по мере приближения думских выборов. В июне 2003 фракция проголосовала за вотум недоверия правительству, который, однако, не был одобрен Думой.

После того, как в 2003 году, в связи с отсутствием достаточного количества голосов, «Яблоко» не смогло пройти в Думу, партия ушла в глубокую, практически тотальную оппозицию В. В. Путину. После разгромного поражения партии на выборах в Государственную Думу в 2007 году и с приходом к власти Д. Медведева оппозиционность «Яблоко» усилилась. Партия стала обвинять власти в тоталитаризме.

Яблоко и другие демократические объединения

Одним из важнейших факторов, определявших политическую позицию «Яблока», всегда были его взаимоотношения с другими партиями, движениями и объединениями, входившими в демократическое движение. Как известно, «Яблоко» возникло в 1993 как альтернатива господствовавшим в то время в демократическом движении взглядам на реформы и методы их проведения. Возможно, поэтому в дальнейшей истории «Яблока» такую значительную роль сыграла идея о необходимости восстановления единства демократического движения. Эта идея каждый раз приобретала особую остроту и политическую актуальность в периоды подготовки и проведения общенациональных избирательных кампаний по выборам Государственной Думы и Президента Российской Федерации.

Между тем единство демократического движения, зародившегося в конце 1980-х на волне борьбы за демонтаж коммунистической общественной системы, имело специфическую природу. В тот период оно скреплялось прежде всего общим неприятием демократами этой системы. Представления о будущем России, о путях его достижения уже тогда были различными у разных объединений демократической направленности. Эти различия ещё более углубились после краха коммунизма и начала рыночных реформ. «Яблоко» как политическая партия родилась из отрицания практики реформ, проводившихся доминирующей в демократическом движении силой, которая консолидировалась тогда вокруг Егора Гайдара и его команды реформаторов в правительстве России. В канун первых выборов в Думу сторонники Гайдара создали партию «Выбор России» (ВР), позднее «Демократический Выбор России» (ДВР), которая впоследствии совместно с другими партиями и объединениями создала партию Союз Правых Сил (СПС). Наряду с «ЯблокоМ» именно эта партия стала играть ведущую роль в демократическом движении России 1990-х годов и начала XXI века.

При строительстве отношений с ВР/ДВР/СПС «Яблоко» исходило из того обстоятельства, что как раз отрицание прежней практики и ошибок демократов, прежде всего группы Гайдара, и побудило Явлинского и его команду выработать собственную концепцию демократических реформ. В этих условиях о «механическом» объединении демократов не могло быть и речи.

«Яблоко» всегда подчеркивало, что воссоединение возможно только в том случае, если ключевые идеи, выдвинутые партией, будут одобрены партнёрами по демократическому движению. Однако, как показал опыт 1990-х годов, разногласий между двумя партиями по кардинальным проблемам оказывалось несомненно больше, чем общих точек соприкосновения.

Ещё в апреле 1996 Явлинский подробно охарактеризовал противоречия между «ЯблокоМ» и ДВР:

«У меня с Егором Тимуровичем [Гайдаром] много разногласий по экономическим, политическим и даже этическим вопросам: я осуждал политику конфронтации, приведшую к октябрьской трагедии 1993, а он — нет; „Выбор России“ подписал Договор об общественном согласии с Жириновским и Ельциным, а я — нет; Гайдар против экономического союза с бывшими республиками СССР, а я — за; он не считает жизненно важными региональные реформы, а я уверен, что они основа реформирования России; он пропагандирует финансовую стабилизацию, а я считаю самыми главными на сегодняшний день вопросы собственности, приватизации и демонополизации; „Выбор“ считает, что рынок сам всё отрегулирует, а мы уверены, что без промышленной политики все равно ничего не получится; они думают, что выживать должен сильнейший, мы предлагаем поддерживать прежде всего мелкий и средний бизнес, создать систему социальной защиты населения; они говорят, что удастся снизить инфляцию без создания реальной конкуренции и демонополизации, мы заявляем, что таким образом по-настоящему это сделать нельзя; они третий год подряд поддерживают бюджет, чем одобряют политику правительства в целом, мы три года единогласно голосовали против».

Различия между ВР/ДВР/СПС и «ЯблокоМ» сводились не только к идейным расхождениям их лидеров и политических платформ. Несмотря на некоторые пересечения электоратов, так называемые «ядерные» группы избирателей обеих партий существенно различаются. В отличие от электората «Яблока», среди избирателей ВР/ДВР/СПС много тех, кто входит в верхнюю группу по доходам. В целом по сравнению с «ЯблокоМ» избиратели ВР/ДВР/СПС настроены более индивидуалистично, они негативно относятся к социальной солидарности. Они в большей степени конформисты, считающие, что ради личного успеха можно и поступиться принципами. В мировоззренческом плане электорат ВР/ДВР/СПС склоняется к тому, что в ходе реформирования российского общества приоритет должен принадлежать социально-экономическим преобразованиям, а методы их осуществления и соотнесённость с демократическими процедурами не столь уж и важны.

К числу примеров успешного сотрудничества демократических партий можно в первую очередь отнести их совместную борьбу против Первой чеченской войны (1994—1996).

Новый оборот проблема единства демократических сил приобрела после избрания Владимира Путина Президентом России. Этому способствовало, как минимум, два обстоятельства.

Во-первых, после декабрьских выборов 1999 в Думе поначалу сложился союз между прокремлёвской фракцией «Единство» и КПРФ — располагая парламентским большинством, они взяли в свои руки распределение руководящих постов в Думе. Это давало основания предполагать, что такой союз может стать базой консервативных сил и превратиться в серьёзное препятствие для продолжения реформ. Сложившаяся ситуация объективно содействовала консолидации демократических сил.

Во-вторых, неудачное в целом выступление «Яблока» на думских выборах привело к появлению настроений в пользу объединения демократов. В конце 2000 — начале 2001 думскую фракцию партии покинули известные политики — депутаты Николай Травкин и Елена Мизулина, которые мотивировали свой уход тем, что назревшее, по их мнению, объединение двух ведущих демократических партий не находит поддержки у руководства «Яблока».

«Яблоко» оказалось перед необходимостью скорректировать прежнюю позицию в отношении проблемы объединения демократов. С одной стороны, нельзя было не учитывать роста настроений в пользу объединения среди сторонников «Яблока», но, с другой, даже идя на переговоры с СПС, важно было последовательно отстаивать принципиальные позиции партии.

В июне 2000 «Яблоко» и Союз правых сил подписали соглашение «О мерах по объединению политических общественных организаций СПС и «Яблоко». Стороны договорились о таких направлениях сотрудничества, как выдвижение на следующих думских выборах единого списка кандидатов; поддержка на всех региональных и местных выборах единых согласованных кандидатов; принятие мер к созданию объединённых организаций на местах; определение организационно-правовой формы будущей единой коалиции; создание Объединённого политического совета.

Во исполнение достигнутого соглашения был создан Координационный совет «Яблока» и СПС. Удалось достигнуть успешного взаимодействия двух фракций в Думе. Многие демократические активисты возлагали большие надежды на формирующуюся коалицию. Лидеров двух партий — Григория Явлинского и Бориса Немцова — связывали давние личные отношения. В апреле 2001 Григорий Явлинский выразил своим партнёрам благодарность за то, что, несмотря на решение СПС поддержать на президентских выборах 2000 Владимира Путина, лидеры партии Борис Немцов и Ирина Хакамада оказали личную поддержку Явлинскому. Именно с этого времени, как сказал лидер «Яблока», и начала формироваться эта коалиция.

Однако вскоре ситуация начала меняться. В Думе постепенно сформировалось новое большинство из центристских прокремлёвских фракций (Единство, ОВР, Регионы России), а КПРФ была оттеснена в оппозицию. Президент и правительство инициировали переход к следующему этапу реформ. В этих условиях снова проявились серьёзные разногласия между двумя партиями по коренным проблемам реформирования страны. Камнем преткновения стало предложение СПС о выдвижении единого кандидата от демократических сил на президентских выборах 2004. Реакция «Яблока» была негативной. СПС предложил определить кандидата на основе итогов парламентских выборов, рассматривая их как рейтинговое голосование. «Яблоко» отказалось, предложив перенести решение этой проблемы на Демократическое совещание с участием широкого круга различных общественных организаций и гражданских инициатив и оценивать рейтинг кандидатов на основе послепарламентских социологических исследований, заказанных различным институтам.

В ответ на инициативы СПС «Яблоко» стало настаивать на том, чтобы прежде всего определиться по программным позициям — например, определить отношение к предложенной Правительством реформе РАО «ЕЭС» России. Но СПС такая проблематика переговоров не устраивала. Нежелание «Яблока» идти на союз с СПС на его условиях снова вызвало негативную реакцию в прессе.

В ноябре 2002 «Яблоко» отказалось от идеи совместных предвыборных списков с СПС. В итоге к концу 2002 отношения между партиями снова переросли в серьёзный конфликт, а планы развития сотрудничества между ними были фактически сорваны.

Руководство «Яблока» переориентировалось на укрепление партнёрских связей с другими демократическими организациями, гражданскими инициативами и отдельными общественными деятелями демократического толка в рамках Демократического совещания, идея которого была выдвинута Явлинским ещё весной 2000.

В январе 2003 «Яблоко» предложило для обсуждения проект объединительной платформы для демократов — Хартию новой демократической коалиции. Общие принципы «Хартии» направлены на построение в России демократического правового государства, реально обеспечивающего права и свободы человека; цивилизованной современной рыночной экономики европейского типа; гражданского общества; справедливой системы социальной защиты.

Во время думской предвыборной кампании 2003 года Б. Немцов пригласил в качестве руководителя штаба СПС А. Коха, который объявил о том, что главным противником СПС на выборах является «Яблоко». Были предприняты шаги из области «черного пиара»: создано движение «»Яблоко» без Явлинского» (прекратившее свое существование сразу после выборов), по Москве расклеивались плакаты, где Явлинский был изображен вместе с Г. Зюгановым.

На парламентских выборах 7 декабря 2003 ни «Яблоко», ни СПС не смогли преодолеть 5 % барьер и не провели своих представителей в Думу по партийным спискам. Единственным примером совместного выступления двух партий на этих выборах стал Чертановский избирательный округ № 204 в Москве, где кандидат в депутаты Государственной Думы Владимир Кара-Мурза-мл. был официально поддержан как СПС, так и «Яблоком».

Следующим (и последним) успешным проектом сотрудничества двух партий было формирование единого списка «Яблока» и СПС на выборах в Мосгордуму 2005 года, в результате чего депутатами стали 2 «яблочника» и 1 член СПС (впоследствии перешедший в «Единую Россию»).

Яблоко и КПРФ

Как оппозиционной партии «Яблоку» приходилось нередко совместно голосовать с КПРФ не только за вотумы недоверия правительству, но и против разработанных кабинетом министров законодательных инициатив — в частности, в области социальной политики. Тем не менее руководство «Яблока» настаивает на том, что у них и КПРФ различные цели, радикально отличающееся понимание задач, стоящих перед Россией. Между представителями двух партий в Думе разгорались ожесточённые дискуссии, касавшиеся вопросов как текущего законодательства, так и актуальных политических проблем. У «Яблока» и КПРФ — разные электораты, в результате чего эти партии практически не пересекаются на выборах.

Яблоко и ЮКОС

Руководство «Яблока» никогда не отрицало, что получало финансовую помощь от ведущих российских деловых групп — в частности, от руководителей нефтяной компании ЮКОС. «Яблоко», получая, как и другие партии, такую помощь, всегда исходило из того, что это не должно налагать на неё жёстких политических обязательств, выполнение которых может обесценить партийную программу и тем самым дискредитировать «Яблоко» в глазах избирателей. Известны случаи, когда партия отстаивала в Думе позиции, отличные от тех, на которых настаивали её спонсоры. Получение помощи от ЮКОСа — скорее, лично от Михаила Ходорковского, однако, сыграло зловещую роль для партии — существуют мнения, что именно это стало поводом для кампании по дискредитации партии, в результате которой партия проиграла парламентские выборы 2003.

22 апреля 2005 в связи с завершением судебного процесса над Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым Григорий Явлинский выступил с открытым заявлением, в котором указал:

«этот процесс не имеет ничего общего с укреплением законности в стране или хотя бы установлением какого-то порядка… Вместо этого он создал в стране атмосферу запугивания и правового хаоса… Число процедурных нарушений в ходе процесса превзошло все возможные пределы, и последствия этого преодолевать придётся очень долго. Наверное, со времён Сталина и расстрельных „антиворовских“ указов Хрущёва 50-х гг. так показательно и грубо не нарушалось право. И после такого громкого прецедента это повлечёт роковые последствия для тысяч предпринимателей по всей стране».

По мнению Явлинского, организуя судебный процесс, российские власти ставили три задачи: не допустить продажи компании «ЮКОС» иностранцам, запугать и подчинить себе российский крупный бизнес, а также поставить «ЮКОС» под контроль определенной группы государственных чиновников. При этом,

«поскольку ни одна из задач не могла быть достигнута законными методами…, использована была грубая сила, под прикрытием, насколько возможно, квазиправовых процедур».

Явлинский считает, что этим процессом «политическая верхушка страны начинает новый этап: физическое преследование и, возможно, уничтожение друг друга… Это война, не имеющая конца. Её цель — уничтожение людей из высших эшелонов власти и бизнеса, нынешних и бывших, уничтожение судеб их близких и семей».

«Такое колесо только покати — и его не остановить. Репрессии — месть, новые репрессии — новая месть. Неужели непонятно, что с нынешней верхушкой будет всё то же самое уже через несколько лет…? Сталинское кровавое двадцатилетие показало, что репрессии внутри политического класса непрерывны и бессмысленны — все живут в атмосфере страха перед будущим. Потому. что, если наша страна учует запах репрессий и крови, она долго не остановится. Расстрел 93-го и последовавшая война 94-го, продолжающаяся более 10 лет, — это из этой области… Посадка в тюрьму Ходорковского и Лебедева — путь именно туда, в репрессии и месть. После этого в безопасности не может уже себя чувствовать никто — ни обвиняемые, ни обвинители, ни члены их семей. Это путь к самоуничтожению нации и страны. Политический класс и верхушка бизнеса России должны понять, что день объявления приговора о тюремном заключении является фактическим началом физического взаимоуничтожения»… Явлинский призывает к достижению соглашения между бывшим и нынешним политическим руководством России и представителями крупного бизнеса о прекращении личных репрессий. Такое соглашение может быть неприемлемым с формальной точки зрения, но оно диктуется «реальными законами российской жизни». Он предлагает «поставить вопрос о принятии пакета законов, раз и навсегда дающих правовую и политическую оценку итогам приватизации 90-х гг., однозначно подтверждающих неприкосновенность прав частной собственности, но при этом защищающих власть от агрессии крупного бизнеса и устанавливающих определенные ограничения, в частности антимонопольные… Вне сомнения, принять решение может только президент Путин. Нужно исходить из реальностей — итог дела „ЮКОСа“, заключение или незаключение Ходорковского в тюрьму, как и срок этого заключения, всецело зависят от решения Владимира Путина. Он фактически несёт за него политическую и моральную ответственность. Не надо, пользуясь своим властным положением, сажать своих противников (или противников своего окружения) в тюрьму. И так уже многое произошло, чтобы сделать ситуацию необратимой, но в главном — в том, что касается жизни людей, еще есть возможность остановиться».

(цит. по статье в газете «Ведомости» от 22 апреля 2005).

Яблоко и чеченский конфликт

По мнению партии «Яблоко», чеченская проблема — одна из самых сложных и болезненных в российской политике 1990—2000-х годов. Она возникла как результат трагического пересечения различных факторов, прежде всего авантюризма тогдашнего российского руководства, втянувшего Россию в затяжной кровавый конфликт, который унёс сотни тысяч жизней и создал условия для криминального бизнеса в Чечне. Чеченская война обременила экономику огромными военными расходами, создала реальную угрозу безопасности жизни сотен тысяч людей, существенно подорвала общественную мораль и репутацию России на международной арене.

Позиция партии по чеченской проблеме на различных этапах её развития не была одинаковой. Так, «Яблоко» заняло однозначную антивоенную позицию в ходе Первой чеченской войны.

После разгрома Верховного Совета в 1993, постоянных провалов в экономической политике ситуация в Чечне — вооружённый сепаратизм на юге России — давал руководству страны удобный повод решить сразу несколько проблем федеральной власти. Многие из окружения президента Ельцина считали, что быстрая и победоносная военная акция в Чечне предоставит отличную возможность продемонстрировать силу, решительность и способность навести порядок в стране. К тому же на тот момент чрезвычайно возросла мощь чеченских криминальных сообществ на российской территории, а Джохар Дудаев своими действиями довел республику до полной экономической деградации, постоянных внутренних вооружённых конфликтов и открыто стал на путь сепаратизма.

Партия «Яблоко», однако, полагает, что восстановление конституционного порядка в стране и демонстрация силы — это совершенно разные вещи, тем более когда демонстрация силы проводится исключительно с целью повышения рейтинга власти и отвлечения народа от социально-экономического кризиса в стране.

29 ноября 1994 президент России Борис Ельцин выступил по радио с обращением, в котором предъявил ультиматум всем участникам вооружённого противоборства в Чечне с требованием в течение 48 часов с момента обращения прекратить огонь, сложить оружие, распустить все вооружённые формирования, освободить всех захваченных и насильственно удерживаемых граждан. В противном случае Ельцин обещал использовать все имеющиеся силы для наведения конституционного порядка в Чечне.

9 декабря 1994 президент подписал очередной указ, фактически открывший дорогу началу военных действий федеральных сил против чеченских сепаратистов.

Уже 5 декабря «Яблоко» получило информацию о подготовке крупной войсковой операции по захвату Грозного. В этот же день Григорий Явлинский выступил в Думе с заявлением от имени фракции с целью предотвращения войны. Лидер «Яблока» предложил немедленно начать переговоры с Джохаром Дудаевым о путях решения проблемы. Кроме того, в этом заявлении предлагалось отправить в Чечню делегацию, состоящую из Явлинского и ряда других депутатов, готовых заменить в Чечне российских военнопленных танкистов — офицеров и солдат Кантемировской дивизии, участвовавших в неудачной попытке штурма Грозного 26 ноября, якобы осуществлявшегося силами антидудаевской оппозиции — и остаться на положении заложников вплоть до начала переговоров власти с Дудаевым.

Джохар Дудаев согласился встретиться с российскими депутатами, в числе которых были Григорий Явлинский и Сергей Юшенков. Депутаты прибыли в Грозный, но переговорный процесс был сорван — по мнению Явлинского, это произошло потому, что «переговоры не входили в план властей на маленькую победоносную войну».

Мирные инициативы «Яблока» не были восприняты ни широкими массами, ни Государственной Думой. Явлинского обвинили в стремлении сделать политическую рекламу на вызволении из плена российских военнослужащих, а внесённый фракцией «Яблоко» 20 декабря 1994 на рассмотрение Государственной Думы законопроект «О делегациях по урегулированию вооружённого конфликта в Чеченской республике» большинство депутатов Думы отказалось рассматривать.

В законопроекте были сформулированы основные принципы мирного урегулирования: прекращение огня, развод войск, поэтапное разоружение чеченских группировок и поэтапный отвод федеральных войск, обмен пленными, гуманитарная помощь. Решение политических вопросов, прежде всего о статусе Чечни, предлагалось отложить на будущее для отдельных переговоров.

«Лёгкой войны», однако, не получилось. Война нанесла тяжёлый удар по российскому обществу. Ужасные реалии боевых действий, огромные потери в войсках, нарушения прав человека благодаря средствам массовой информации стали достоянием широкой общественности. В результате этого у большей части населения вскоре сформировалось негативное отношение к этой войне.

Захват Грозного боевиками в марте 1996, через год после того, как город был взят федеральными войсками, продемонстрировал неспособность российских сил контролировать занятую с большими потерями территорию.

Полная бесперспективность военных действий в Чечне и президентские выборы в России в 1996 подстегнули руководство страны к мирному урегулированию конфликта. В июне 1996 после ряда неудачных попыток в Назрани было подписано соглашение о прекращении боевых действий и последующем мирном процессе между Грозным и Москвой.

Но вскоре эти договорённости были сорваны, в августе 1996 сепаратисты вновь заняли Грозный. В конце августа в Хасавюрте был подписан новый договор на худших для федеральных властей условиях.

В Государственной Думе на Хасавюртовские соглашения обрушилась волна критики, обвинения в пораженческих настроениях и антипатриотизме. Единственной фракцией, поддержавшей Хасавюртовские соглашения, была фракция «Яблоко».

Спустя 3 года, когда Дума пыталась решить вопрос об отрешении Бориса Ельцина от власти, «Яблоко» поддержало обвинения президента в развязывании войны в Чечне. В своем выступлении Григорий Явлинский подчеркнул, что «Яблоко» принимает участие в процедуре обвинения президента потому, что

  • действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций, а также охраняемых законом интересов общества и государства;
  • применение насилия и угрозы его применения;
  • применение оружия и специальных средств с причинением тяжких последствий…

В период между Первой и Второй чеченскими войнами не был использован шанс для налаживания нормальной мирной жизни на территории Чечни и восстановления её экономики. В результате Чечня превратилась в базу криминальных элементов не только всего СНГ, но и других государств. В Чечню под предлогом защиты ислама проникли исламские радикалы. С их помощью на южных рубежах России возникла зона насилия, с территории которой стала исходить реальная угроза безопасности всей страны.

Ситуация вокруг Чечни снова обострилась летом 1999, когда чеченские отряды начали боевые действия на территории Дагестана, стремясь создать там «исламское государство». В итоге события быстро переросли во Вторую чеченскую войну.

«Яблоко» предлагало не исключать в принципе возможности переговоров с частью сепаратистов и предупреждало об опасности вхождения федеральных сил на территорию горной Чечни, не отвергая при этом возможности проведения военной операции на равнинной части этой республики. Однако эти предложения не были даже рассмотрены российским руководством.

В октябре 2002 в ходе захвата чеченскими террористами заложников в театральном центре на Дубровке в Москве одним из требований бандитов стало участие в переговорах Григория Явлинского как политика и человека, которому можно верить. Явлинский, вернувшись срочно в Москву, провёл переговоры с террористами, но, к сожалению, результата это не дало.

После трагедии Григорий Явлинский сделал заявление, которое выразило официальную точку зрения партии «Яблоко»:

«Мы твёрдо считаем, что не может быть оправдания терроризму — ни политического, ни религиозного, ни благими целями, ни даже так называемыми „симметричными и ответными“ мерами, ни какого-либо другого. Убийству или угрозе, шантажу убийством ни в чём не повинных, беззащитных людей оправданий не бывает. В этом смысле причиной терроризма являются не бедность или страдания и даже не месть (которая направлена на виноватого), а безграничная подлость… Несомненно, вставшие на путь террора должны быть преданы правосудию либо, если это невозможно, ликвидированы. Однако происшедшее с новой остротой ставит вопрос об урегулировании вооруженного конфликта в Чечне, о прекращении зачисток, пыток, похищения людей, внесудебных расправ, издевательств, беспредельного физического насилия — по существу о прекращении жесточайшей войны по изничтожению целого народа. Требуется многократная активизация всех усилий по поиску политических путей прекращения войны. Из этой трагедии необходимо извлечь все уроки».

Молодёжное отделение

Молодёжная организация образована в 1995 Объединением «Яблоко» для выражения своих позиций по всем информационным поводам.

В настоящий момент «Молодёжное Яблоко» является внутрипартийным молодежным объединением Российской демократической партии «Яблоко». Федеральная структура «Молодежного Яблоко» включает более 35 региональных молодежных отделений РДП «Яблоко» и объединяет более 2500 человек.

Что предлагают активисты Петербургской организации партии "Яблоко"

Виктор Резунков: Сегодня у нас в гостях в Петербургской студии Радио Свобода лидер Петербургской организации партии «Яблоко» Максим Резник и политолог, историк Даниил Коцюбинский.

Мы сегодня обсудим несколько тем. Например, почему в Петербурге, на родине Владимира Путина, за него было отдано меньше всего, по сравнению со всей страной, голосов, даже без учета голосов приписанных. Обсудим вопрос о будущем партии «Яблоко». Петербургская организация выступила с очень важным предложением об изменении структуры руководства этой партии на федеральном уровне. И вообще, обсудим прошедшие выборы, как они прошли в Петербурге, и поговорим о предстоящих президентских выборах. В общем, тем достаточно.

И у меня первая просьба к моим собеседникам – дать в начале нашей беседы оценку прошедшим выборам в Госдуму и сделать каждому свой прогноз относительно того, чем же новоизбранный парламент может порадовать россиян (если чем-то он может порадовать). Пожалуйста, Максим.

Максим Резник: Ну, оценка, с моей точки зрения, довольно однозначна у всего, так сказать, думающего сообщества, как мне представляется. Эти выборы отличались тем, что вся история их проведения и подсчет голосов заключались в том, чтобы подогнать их под ранее написанный результат. В этом смысле сегодня мы в России имеем, по сути, однопартийный парламент. Поскольку «Единая Россия», «Справедливая Россия», ЛДПР – в общем, это все те же уши, но только в профиль, с моей точки зрения, это все то или иное проявление партии власти, нынешней власти. И КПРФ. То есть «Единая Россия» плюс КПРФ равно КПСС. С моей точки зрения, КПРФ не является системной оппозицией нынешнему режиму, и в общем, существенная разница между ними и нынешней властью заключается лишь в том, что они с удовольствием заменили бы господина Путина на товарища Сталина, оставив, в общем, все как есть. Потому что если посмотреть на ту политику, которую сегодня проводит «Единая Россия», а это и политические репрессии, и удушение свободы, полная унификация всего, полная вертикализация всего, то это, в общем, все то, что проводили коммунисты на протяжении многих лет в нашей стране. Поэтому, по сути дела, мы сегодня имеем однопартийный парламент.

А к чему это приведет. С моей точки зрения, все те негативные тенденции, которые сегодня есть в обществе, — абсолютное бесправие человека перед государственной машиной во всех ее проявлениях и снизу доверху, — просто будут усугубляться. С моей точки зрения, гражданам это, конечно, принесет очередной рост коррупции, очередной рост цен и все те вещи, которые, так сказать, вряд ли их обрадуют. Другое дело, — хотя это, наверное, вопрос уже будущего, — что нынешний режим и так называемый парламент, как его составная часть, будут, как раковая опухоль, создавать все новые метастазы, нарушая права все большего количества граждан, групп граждан, социальных групп, профессиональных групп. И в конечном счете, конечно, нынешний режим будет развиваться либо в сторону демократическую, так скажем, перестройки очередной, либо в сторону тоталитарную. Сегодня, по крайней мере, такой вектор наблюдается. Сегодня, по существу, в стране идут политические репрессии. И просто сегодня пока еще они не несут массовый характер.

Виктор Резунков: Спасибо, Максим Резник. И такой же вопрос к Даниилу Коцюбинскому.

Даниил Коцюбинский: Ну, спорить мне с Максимом, увы, не о чем. Поэтому я только некоторые мысли, может быть, добавлю. С моей точки зрения, эти выборы являются рубежными в том смысле, что стране дано ясно понять, что прекращены даже всякие имитационные движения в плане изображения политической жизни. Политической жизни больше нет, даже в виде декоративных каких-то ухищрений, которые до недавнего времени еще все-таки власть организовывала, и пыталась общество убедить в том, что существует некий плюрализм, и в рамках этого плюрализма люди должны самоопределяться, выбирать, голосовать сперва сердцем, потом, может быть, какой-то волей и так далее. А сейчас ясно, что задача общества – сидеть, ну, на известном месте ровно. И то количество нарушений, тот вал нарушений, которым сопровождалось проведение этих выборов, он имел значение, мне кажется, не только то, что таким образом достигался какой-то чисто электоральный результат, то есть подтасовывались выборы, считались голоса определенным образом и так далее. Но обществу еще, помимо этого, и давался определенный импульс, чтобы все уяснили ту простую мысль, что игры в плюрализм закончены, никакого больше плюрализма нет, никакой оппозиции реальной больше нет. Да, допущена Коммунистическая партия в определенном, незначительном проценте. Да, допущена ЛДПР, так сказать, для оживляжа. То есть допущены те, кем при желании можно пугнуть, то есть те, кто еще более, так сказать, сомнителен с точки зрения тех, на самом деле, идеалов, которые в современном мире считаются уже общепризнанными, чем ныне действующая власть. То есть допустили тех плохишей, которыми можно при случае припугнуть обывателя. А на фоне них власть себя чувствует, в общем, почти что белой и пушистой.

Хотя, конечно же (вот я с Максимом абсолютно согласен), мы вступаем в новую, достаточно напряженную ситуацию, когда Кремль идет напролом к разрешению коллизии-2008, когда Путина надо сохранить, при этом сделав вид, что соблюдена Конституция. И учитывая то, что если посчитать абсолютную поддержку партии власти, то она ведь не столь значительна. Потому что если учесть, сколько пришло и сколько от пришедших проголосовало, то где-то чуть больше 30 процентов твердолобых сторонников Путина в обществе. А остальные – это если и сторонники, то очень мягкие и ненавязчивые. И в таких условиях, в общем-то, вести себя уж очень, так сказать, поперек собственных слов, еще недавно произносимых, Кремлю страшновато. И поэтому, я думаю, он будет (если говорить языком бытовым) истерить, он будет и дальше усиливать прессинг в отношении оппозиции. И неслучайно сейчас инспирировано очередное «дело Ходорковского», которого вроде как собираются буквально сгноить уже в тюрьме. Хотя я, конечно же, надеюсь на то, что этот план не удастся и «узники совести», в общем, выйдут на свободу, не успев, действительно, физически исчезнуть в этих тюрьмах, в лагерях путинских. Но, тем не менее, вот обществу постоянно даются сигналы о том, что «ледниковый период-3» наступает.

И мне кажется, что в этой связи очень важен еще один итог, который эти выборы продемонстрировали, — это окончание даже вот тех игр в партийную жизнь, которые до недавнего времени еще казались актуальными очень многим оппозиционным и даже честным, независимо настроенным и избирателям, и политикам. Все, партий больше нет и не будет. А это значит, что в обществе должно структурироваться некое протестное, оппозиционное движение, которое объединяет людей не по принципу консолидации к очередным выборам, потому что и выборов больше не будет в обозримом будущем, а по принципу организации мощного гражданского давления на власть с целью побудить власть инициировать то, о чем сказал Максим, — инициировать очередную перестройку. Во власти всегда есть как «голуби», так и «ястребы», как прагматики, так и фанатики, как люди, которые хотят, в общем, чтобы, по крайней мере, и овцы были целы, и волки сыты, и те, которым на все наплевать. И всегда на этом, так сказать, противоречии внутривластном общество может стараться играть, если у него есть к этому организованная воля. Вот такую организованную волю на сегодняшний день надо формировать.

Виктор Резунков: Максим, а в целом, если давать какую-то оценку, какие-то проценты вы могли бы назвать, что реально получили «Единая Россия», «Яблоко», СПС, КПРФ в Петербурге?

Максим Резник: В Петербурге, по данным экзит-пола, проведенного Фондом «Общественное мнение» (это прямо симпатизирующий «Яблоку» экзит-пол), проценты «Яблока» в Петербурге доходили до 10-11. Ну, честно говоря, всерьез это обсуждать на сегодняшний день вряд ли имеет смысл. Потому что, допустим, в Петербурге, при всех этих официальных даже данных, можно смело сказать, что «Яблоко» в Петербурге, в частности, городу нужно. Даже при официальных данных, «Яблоко» в Петербурге набрало 100 тысяч голосов. После этого никто всерьез не может говорить, что «Яблоко» в Петербурге, «несогласные» в Петербурге, центром которых, по большому счету, является «Яблоко», движение «несогласных» — это не кучка маргиналов. 100 тысяч человек не могут быть маргиналами.

Ну а что касается фальсификаций, я вам приведу один пример, который нам уже удалось выявить. В Дагестане, где, как вы знаете, в ходе кампании был убит лидер «Яблока». сразу после «лужниковской» речи Путина, в эту же ночь был убит лидер дагестанского «Яблока». В Дагестане, в одном из городов были местные выборы одновременно с думскими. Так вот, список «Яблока» на этих выборах, он прошел в местный парламент, в местный совет городской одного из городов Дагестана и набрал 23 тысячи голосов одновременно. В это же время список «Яблока» в Госдуму, по официальным данным, набрал 120 голосов. 23 тысячи и 120. Ну, это Северный Кавказ, там масштабы фальсификаций всегда запредельны. Поэтому, в общем, оцените, радиослушатели и мы все, масштабы фальсификаций.

Но еще раз повторю, что мы прекрасно понимали, что идем на эти выборы, заранее готовясь к тому, что они будут подгоняться под нужный власти результат. Мы использовали эти выборы, старались использовать для того, чтобы сказать ясные и внятные вещи о том, что происходит в стране, о том, к чему нужно стремиться нашей стране, какова ее роль в XXI веке, каково место гражданина в нашем обществе и соотношение гражданина и власти. Ну, я считаю, с этой задачей, по крайней мере в Петербурге, мы старались справиться. А насколько уже. трудно оценить, наверное, это надо оценить избирателям. Но все-таки, я еще раз говорю, даже по официальным данным, в Петербурге 100 тысяч граждан при таких условиях, в таких параметрах проголосовали за «Яблоко», еще раз говорю, по официальным данным.

Виктор Резунков: Даниил, пожалуйста.

Даниил Коцюбинский: Вообще, мне хотелось бы еще раз, может быть, напомнить нашим слушателям о том, что говорить о свободе выборов можно только в том случае, если свободен не только избиратель в день голосования, и у него есть возможность зайти в кабинку и поставить галочку напротив какой-то графы, а когда на протяжении всего межвыборного периода в стране существует свободная политическая дискуссия, свободная политическая жизнь. Когда партии имеют возможность свободно привлекать ресурсы для своей деятельности, когда у них есть равный доступ к электронным средствам массовой информации, и в первую очередь к телевидению, и когда нет у государства, нет у правительства возможности использовать СМИ в целях самопропаганды. В противном случае, реальной свободой выбора обладают, я не знаю, может быть, 0,5 процента избирателей, которые сидят по ночам в Интернете, формируют свою собственную политическую позицию, так сказать, вопреки тому пропагандистскому напору, который на них обрушивается из электронных СМИ, конечно. ну, может быть, я утрирую, не 0,5 процента, а таких людей, наверняка, больше, но все равно это не большинство. Большинство людей заняты своей частной жизнью, и они черпают политическую информацию легким способом: включили телевизор – что-то услышали, попытались сравнить. Вот попытались сравнить, и вроде бы «Справедливая Россия» показалась многим петербуржцам чуть менее отвратительной, чем «Единая Россия». Поэтому и посмотрите, какие показатели в Петербурге у «Справедливой России».

Виктор Резунков: Вот-вот! Я как раз и хотел спросить относительно.

Даниил Коцюбинский: Я уверен в том, что многие «яблочные» голоса туда и ушли по причине того, что «Яблоко». вот включали телевизор, а «Яблока» там нет, а «Справедливая Россия» есть.

Максим Резник: Конечно.

Даниил Коцюбинский: И стилистически она напоминала «Яблоко».

Максим Резник: Дмитрий Болдырев. И коммунистам, конечно. Я знаю многих людей, которые голосовали за коммунистов, потому что им уже сформировали мнение, что «Яблоко» не пройдет. Значит, надо за какую-нибудь оппозицию.

Даниил Коцюбинский: Единственное, что я бы все-таки не хотел, чтобы мы сейчас с Максимом занимались самооправданиями. Хотя я в партии «Яблоко» недавно.

Виктор Резунков: Нет-нет, я не прошу заниматься самооправданием.

Даниил Коцюбинский: Но, конечно же, на демократах, на лидерах в первую очередь демократических партий, я имею в виду СПС и «Яблоко», лежит колоссальная ответственность за тот крах, который потерпели эти партии на протяжении двух выборов подряд.

Виктор Резунков: Мы об этом еще поговорим. Но я хотел бы задать еще один вопрос. Чем можно объяснить такой низкий, один из самых низких уровней, если не самый низкий уровень процентов, чуть более 50 процентов у «Единой России» в Петербурге? Ведь все-таки Владимир Путин петербуржец. И горожане, петербуржцы всегда известны своей поддержкой своих земляков.

Даниил Коцюбинский: Вот я думаю, что, наконец, Петербург возвращается к самому себе, то есть становится равен самому себе. Потому что всегда Петербург, если вспомнить 1990-е годы, был наиболее демократичным по участию в выборах городом. Гораздо более демократичным, чем Москва. И даже в эпоху перестройки, вспомните, какую роль Ленинград сыграл в августовских событиях 1991 года. А потом произошло затмение. Свой человек попал в Кремль, и на какое-то время, ну, на достаточно продолжительное, на семь лет город превратился в фаната, в президентского фаната, и голосовал даже более лояльно по отношению к Кремлю, чем вся остальная страна, чем Москва в том числе. Но сейчас, наконец, все-таки это помутнение разума у города прошло.

И для меня очень примечателен тот момент, что, казалось бы, Путин лично предпринял колоссальные усилия, чтобы сохранить Петербург за собой. И неслучайно «Газпрому» было поручено финансировать футбольную команду «Зенит», и «Зенит» вышел в чемпионы страны, и Петербург, вероятно, по этому поводу ликовал единодушно. Но, тем не менее, вот в этот самый год, когда «Зенит» стал чемпионом, Путин чемпионом в Петербурге не стал. И для меня это очень отрадно, как для жителя этого города, как для гражданина.

Максим Резник: И я хотел бы дополнить. Мне кажется, что есть еще ряд факторов. Хотя с тем, что сказал Даниил, я согласен, и тоже рад этому обстоятельству. Петербург возвращается к самому себе, как к городу самому нонконформистскому, как к городу всегда наиболее критически настроенному к любой власти, в любое время, в любую эпоху. И мне еще кажется, здесь свою роль сыграла губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко. Ведь «План Путина» можно реализовывать по-разному. То есть в каждом регионе есть свои особенности. И поэтому реализаторов плана нужно подбирать соответственно региону. Вот здесь, я думаю, президент России сильно ошибся. Потому что психотип и личные качества губернатора Санкт-Петербурга Валентины Матвиенко никак не соответствуют европейскому образу и самовосприятию Петербурга. Это тип среднерусской помещицы, которая относится к городу так, как к своему поместью. И в этом смысле люди это почувствовали.

Вот вспоминая «Зенит». Сегодня я беседовал с генеральным консулом Германии, который был на матче «Зенит» — «Нюрнберг» Кубка УЕФА. И он спросил: «Я удивился, «Зенит» же стал чемпионом. Но при объявлении по стадиону губернатора Валентины Матвиенко стоял такой оглушительный свист. ».

Просто, действительно, город возвращается к самому себе. И здесь, конечно, ряд ошибок властью были допущены. Потому что более адекватный Петербургу, думаю, губернатор, который так бы не давил, не устраивал эту безумную милитаризацию голосования бюджетников, я думаю, позволил бы «Единой России» все-таки показать более серьезный результат. Но, тем не менее, я считаю, что главную тенденцию верно указал Даниил. Но здесь, еще раз повторяю, рассогласование восприятия петербуржцев и собственного города с тем человеком, который поставлен Путиным во главе города.

Виктор Резунков: А Владимир Вольфович Жириновский вчера вообще заявил опять о том, что все-таки, по его данным, либо будет Валентина Матвиенко президентом, как женщина, либо будет Медведев. Ну, не суть. А мне интересно, почему опять возникла эта кандидатура? Матвиенко уже недавно против Сергея Миронова выступила, когда он сказал, что она уходит на повышение тоже в Москву.

Максим Резник: Вообще, мне кажется, что вот то, что говорит Владимир Вольфович, это вопрос больше циркового искусства либо вопрос медицинский. Я не знаю, как всерьез это можно комментировать. Наверное, это больше к нему вопрос.

Даниил Коцюбинский: Мне тоже кажется, что даже этот список Жириновским не исчерпывается. Потому что многие заявления того же Миронова тоже носят какой-то полуклоунский характер. Поэтому все то, что говорят не люди из Администрации президента, это все можно воспринимать как просто какие-то либо дымовые завесы, либо просто.

Максим Резник: Возможность «подставы», вот такая игра в «подставы» друг друга.

Даниил Коцюбинский: Да. То есть реальные мужчины сидят в Кремле, условно говоря. Вот то, что они говорят, к этому прислушиваться стоит. А то, что говорят их нанятые, так сказать, артисты или просто помощники, или какие-то статисты, ну, это обсуждать нет смысла.

Виктор Резунков: Хорошо, мы и не будем это обсуждать, разумеется.

И вопрос к Максиму Резнику. Максим, что будет предпринимать партия «Яблоко»? Сегодня «Патриоты России» уже заявили, что не считают прошедшие выборы легитимными. Союз правых сил в лице секретаря политсовета партии Бориса Надеждина заявил, что не намерен возвращать деньги за предоставление бесплатного эфира и печатных площадей в ходе предвыборной кампании. А КПРФ сегодня решила добиваться в Верховном суде отмены прошедших выборов.

Максим Резник: Безусловно, «Яблоко» будет по тем или иным данным, которые у нас есть, — и всегда мы это делаем кропотливо и спокойно, без истерик, — добиваться правды. Ну, я считаю, что очень много нужно сделать сегодня для того, чтобы избавить общество от иллюзий. Нет в России сегодня ни закона, ни Конституции. Сегодня в России закон – это то, что Путин сказал вчера. Не надо строить иллюзий. Да, конечно, как диссиденты в советские времена, нужно настаивать, потому что вода камень точит в тех или иных вопросах. Но сегодня, мне кажется, любые рефлексии по поводу прошедших выборов, они нужны. Но, мне кажется, это должно быть на периферии нашего сознания и наших мыслей. Потому что мысли должны быть устремлены в будущее с точки зрения анализа существующей сегодня уже новой политической реальности и места, и роли демократического, в широком смысле этого слова, движения. Я здесь не имею в виду партию «Яблоко» только. Но демократическое движение, которое будет, так сказать, добиваться основных свобод в нашей стране. Вот на это сегодня должны быть устремлены наши помыслы.

У меня есть ряд соображений на эту тему. И мне представляется, что в той ситуации, в которой оказалось «Яблоко», с точки зрения официальных выборов, когда мы не набрали 4 процента и мы не возвращаем залог, и у нас не будет государственного финансирования, она кажется мне удручающей. Но, с моей точки зрения, как бы это ни парадоксально звучало, такой сокрушительный результат с точки зрения официальных данных позволяет сегодня демократическому движению и «Яблоку» вырваться из парадигмы Григория Явлинского. Я уважительно отношусь к Григорию Алексеевичу, я считаю его своим товарищем и соратником. Но я считаю, что очень плохо, когда в демократическом движении многое зависит от одного человека, его личных качеств и от отношения общества к этому человеку. Демократическое движение должно стать многоликим. Но самое главное, оно должно формулировать позитивную программу (и я думаю, Даниил об этом будет говорить) завтрашнего дня, вокруг которой будут объединяться не только телевизионные персоны. Собственно, их скоро уже не будет, никаких телевизионных персон. Ну, бывшие телевизионные персоны.

Даниил Коцюбинский: Будут, но не те, о которых.

Максим Резник: Хотя я считал бы нормальным, если бы в рамках такого движения, потому что вряд ли . ну, политическая партия – это не принципиально, с моей точки зрения, потому что главная задача, которую ставит та или иная структура, а не то, как она называется, объединились и Каспаров, и Рыжков, и Явлинский, и Немцов, и Касьянов. Можно долго перечислять. Но самое главное, во-первых, придание многоликости такому демократическому движению, сознательное решение об обновлении этого, так сказать, ареопага, которому, может быть, статус совета старейшин уже надо придавать, скорее.

Даниил Коцюбинский: Пантеон.

Максим Резник: Ну, я не знаю, Даниил Александрович, я, пожалуй, все-таки еще воздержусь от таких оценок. Но мне кажется это исключительно важным. Существо вопроса – четкая и внятная программа, которая сегодня, может быть, не стоит в повестке дня всего общества, но стоит в повестке дня той думающей его части, которая хочет не допустить краха российской государственности и краха вообще нашей страны, и вот эти задачи нужно ставить на первый план. Да, важны президентские выборы. Да, важно, как мы сконфигурируемся там. Важно принимать в них участие, понимая, какие они будут, с тем, чтобы не просто «я принял участие, я тут самый главный и весь единый» (не важно – кто), а важно – что говорить, очень ясные и внятные вещи. Сегодня нужно работать на перспективу. Это очень трудная и кропотливая работа, и она состоит из очень многих частей. И в этом направлении нужно двигаться. Но вот уходить от парадигмы вечного объединения «Яблока» и СПС, которое просто уже никакой актуальности в себе не несет, просто необходимо. Это гораздо более широкий и гораздо более содержательный вопрос, чем просто вот то, как, кого и куда посадить. Сейчас это вообще неактуально. Я просто не хочу повторять то, о чем говорил Даниил, я с этим согласен.

Виктор Резунков: Максим, у меня такой вопрос. А вот создание института сопредседателей, то, что вы предлагаете, насколько я понимаю, сопредседателей партии «Яблоко», он подразумевает, что где-то там теоретически вы считаете, что участие Григория Явлинского в президентских выборах нецелесообразно?

Максим Резник: Я считаю, что исходя из того, о чем я говорил, не возбраняется, а может быть, даже приветствуется большое число кандидатов на старте, включая и Григория Явлинского, всех сколько-нибудь, так скажем, значимых. ну, относительно, конечно, все относительно, значимых участников оппозиционного движения. Потому что на этапе регистрации может вообще ни одного не остаться. А тем более, определять сейчас одного – это просто будет разговор ни о чем. Но я считаю, что все равно в рамках общей программы, о которой можно говорить очень серьезно, программы политической реформы в нашей стране (наверное, Даниил подробнее скажет) необходимо все-таки, еще раз говорю, на содержательной основе, а не просто по принципу «кто лучше» или по принципу жребия, снятие всех под единого кандидата. Я еще раз говорю, мы не строим иллюзий, мы не победим на этих выборах. Но принципиально важными, я считаю, эти выборы для страны могут стать в случае содержательной программы этого кандидата и в том случае, если все его поддержат, все оппозиционные силы. Потому что это все равно, я считаю, сделает оппозиционное движение в стране и содержательно, и организационно новым, а значит, перспективным.

Виктор Резунков: Даниил, у меня к вам вопрос. Я бы хотел все-таки, чтобы вы немножко развили идею Максима Резника относительно, собственно говоря, этих инициатив, чего я немножко не понимаю. Чего хочет Петербургская организация партии «Яблоко», скажем, в целом?

Даниил Коцюбинский: Петербургская организация «Яблока», коль скоро Максим позволит мне от ее лица выступить.

Виктор Резунков: С идеологической точки зрения.

Даниил Коцюбинский: Мне кажется, здесь не только идеологическая, но и организационно-идеологическая составляющая имеет значение. Она хочет добиться того, чтобы, наконец, реализовался тот замысел, который в недрах петербургского «Яблока» созрел еще в 2004-2005 годах, когда мы предприняли попытку объединения совершенно разных оппозиционных сил на лозунге политической реформы. Ведь он тогда уже был в Петербурге сформулирован, в январских протестных акциях, вызванных принятием закона о монетизации, печально известным. Уже тогда прозвучали все основные положения той политической реформы, которая актуальна и по сей день, и которая до сих пор, к сожалению, федеральными руководителями оппозиционных партий, не только даже либеральных, но и Коммунистической, и «нацболами», до сих пор так и не проговорены. Вот я считаю, что в этом смысле на петербургском «Яблоке» лежит особая ответственность, потому что и тогда оно было локомотивом этого процесса объединения всех оппозиционеров на уровне города. Затем, когда сформировалась общероссийская попытка соединения всех оппозиционных партий «Другая Россия», и федеральное «Яблоко», федеральный СПС туда не вошли, на региональном уровне «Яблоко» опять-таки оказалось лидером этого объединения. И в «Маршах несогласных» роль петербургского «Яблока» была весьма значительна. Вот Максим сказал, что основная, но все-таки с поправкой на то, что в уличных акциях, конечно, роль «нацболов» была достаточно значительной.

Но на сегодняшний день, мне кажется, перед «Яблоком» стоит задача следующего этапа. Потому что «Марши несогласных» и, вообще, вот то движение 2007 года оппозиционное, оно тоже себя исчерпало, поскольку события уже идут дальше. И на сегодняшний день совершенно очевидной является необходимость размежевания оппозиционного движения на демократическую и националистическую составляющую. Причем националистическую следует воспринимать как потенциально союзную власти. Потому что это младшие партнеры Кремля. Ведь Кремль на сегодняшний день правит страной посредством реализации умеренно-националистической программы: вбрасывание в общество умеренно-ксенофобских настроений, использование вот этой антизападной, в итоге, антилиберальной гражданской стихии в своих корыстных целях. И то, что делают так называемые оппозиционеры, которые при этом называют себя русскими националистами, оно только Кремлю на руку. Потому что опять-таки на их фоне. так же как в Думе будут коммунисты и ЛДПР, на фоне которых «Единая Россия» будет смотреться даже, может быть, и неплохо, а в обществе будут вот эти бритоголовые.

Виктор Резунков: Ну да, это понятно.

Даниил Коцюбинский: . ксенофобы, на фоне которых опять-таки Кремль будет смотреться тем меньшим злом, которым можно потрясать до бесконечности. Поэтому сегодня перед «Яблоком» и перед всеми либеральными структурами, демократическими структурами и уцелевшими остатками организаций стоит задача создания мощного демократического движения, которое должно на своем знамени написать всего два-три пункта той политической реформы, которую необходимо осуществить в стране для того, чтобы Россия перестала быть Евразией, а стала, наконец, Европой. Вот мне представляется, что такими тремя пунктами могли бы быть следующие. Во-первых, демистификация, условно говоря, России, то есть упразднение цензуры и государственной пропаганды в СМИ. Это то, что всем понятно и всеми поддерживается. Дебюрократизация России – это превращение России из вертикально-президентской деспотии, которой она сегодня является, в парламентскую горизонтальную республику европейского типа. Потому что в Европе и, вообще, во всем цивилизованном мире правительства ответственны перед парламентами, а не перед первыми лицами государства. И наконец, третье – это деимпериализация. Это, может быть, самый сложный для разъяснения обществу пункт, но он абсолютно важен. Потому что то, на чем взрос путинский авторитаризм, — это возрождение Российской империи, кремлевской деспотии, которая подавила Чечню, а за ней и все остальные регионы, и насадила кремлевскую вертикаль повсеместно. Значит, необходимо предоставление субъектам России права самостоятельно решать все вопросы, касающиеся их внутренней жизни. И важнейший пункт – необходимо немедленное прекращение силового произвола федералов на Северном Кавказе. О чем мы мало сейчас просто слышим, но что происходит ежедневно.

Виктор Резунков: Понятно. Даниил, спасибо.

И слушаем Владимира из Нижегородской области. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Максим, вот вы анализируете выборы, но вы ведь не первый раз на Радио Свобода. Можно было бы догадаться и по настроению радиослушателей. Понимаете, собаки выли, вороны кричали. Все против вас. Надо было объединяться. Вам советовали. А ваш лидер Григорий Явлинский только щеки раздувал, не хотел объединяться. Вот теперь вы красивые слова говорите. Поняли, что надо. А дойдет дело до объединения – и опять амбиции у вас будут. Я в этом уверен.

Виктор Резунков: Понятно. Максим, пожалуйста.

Максим Резник: Владимир, я хочу сказать, что я не согласен с такой, мне кажется, не очень корректной оценкой Григория Явлинского. Но я вот что хочу сказать. Я, действительно, считаю, что нужно уходить, еще раз говорю, от одноликости в демократическом движении. Сегодня созрела такая ситуация исторически в демократическом, в оппозиционном движении, что петербургское «Яблоко» может стать тем механизмом в силу того, что это неотъемлемая часть «Яблока», и в силу того, что петербургское «Яблоко» сотрудничало с «несогласными», с «Другой Россией» и с другими демократическими и оппозиционными силами, которое открыто для общества, я подчеркну, потому что это очень важно, открыто для общества организовать такой процесс консультаций на основе общей позитивной программы и на основе единой все-таки организационной структуры. Как она будет называться – это вопрос второй. Вот я считаю, что очень важно, чтобы это было прозрачно для общества, почему мы открыто и выступаем с этим в средствах массовой информации. Потому что переговоры Васи с Петей, если они идут закрыто от общества, заканчиваются тем, что Вася уходит в одну сторону, в одну дверь, и там говорит то, что он считает нужным, а Петя – в другую. И вот кому ты веришь – Васе или Пете – не поймешь.

Петербургское «Яблоко» готово быть. поскольку, как нам кажется, нам доверяют наши товарищи по партии, и с нами готовы разговаривать другие демократические и, вообще, оппозиционные силы, может стать тем механизмом (и мы будем просить у товарищей по партии мандат на это), который позволит процесс объединения на содержательном и организационном формате сделать независимым от амбиций конкретных людей.

Даниил Коцюбинский: Вообще, мне кажется, что надо уходить, во-первых, от москвоцентризма в развитии политической жизни в стране. И необходимо делать ставку на точки роста в регионах. И Петербург в данном случае, может быть, самая мощная на сегодняшний день точка роста, причем именно здорового роста, не навязанного сверху каким-то телевидением или какими-то СМИ электронными опять-таки общефедерального масштаба, а произрастающего из почвы. И второе – надо уходить, конечно же, от персонификации политики. Потому что тот маразм, тот тупик, в который зашла страна, возложив все свои надежды на персону, вот он у нас перед глазами. Так зачем же нам повторять эти ошибки. Естественно, надо объединяться на базе программы, причем программы упрощенной, программы движений, а не партии. Никаких выборов больше не будет. Наши слушатели, к сожалению, могут в этом смысле быть спокойны. Объединение «Яблока» и СПС, даже если бы оно произошло. ну, подсчитали бы так, что вместе набрали бы 2 процента.

Виктор Резунков: Да, понятно.

Даниил Коцюбинский: И какой смысл об этом сейчас вообще говорить.

Виктор Резунков: Господин Каримов написал к вашим тезисам по поводу. «Напрасно беснуетесь, — пишет господин Каримов, — господа западники. Крах вашей либеральной, ельцинской государственности уже наступил. Наша русская, социалистическая, национальная, имперская государственность только начинает создаваться».

Даниил Коцюбинский: Очень хорошо. Происходит, на самом деле, размежевание по имперскому и антиимперскому началам. Вот на сегодняшний день демократы должны перестать играть в этот либеральный империализм, в который пытался играть Чубайс. Они должны перестать говорить про свою озабоченность проблемой сохранения целостности и неделимости. То, о чем говорил Явлинский, к сожалению, в своих «Семи шагах». Я, выступая на съезде, даже пытался с ним на эту тему полемизировать.

Максим Резник: С этим я не могу согласиться, Даниил. Это небесспорно.

Даниил Коцюбинский: Мне кажется, что если ты либерал, то надо иметь мужество бороться за свободу, за права человека. А дальше уже выстраивать государство таким образом, чтобы эти базовые принципы соблюдались.

Виктор Резунков: Давайте предоставим слово нашим слушателям. Сергей из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Во-первых, я хочу сказать. вот кто-то из ваших гостей сказал, что Чечню якобы подавили. Никто Чечню не подавил. Если на Кавказе война не прекратится. только радикализировался по всему Северному Кавказу. И пока последний клан не уйдет, война не закончится.

Даниил Коцюбинский: Я очень коротко отвечу. Когда я говорил о силовом беспределе на Северном Кавказе, который ежедневно происходит. Я один только пример приведу. Полторы недели назад убили 6-летнего мальчика наши правоохранители так называемые, в спину убили. Причем хотели сперва еще сказать, что это был малолетний террорист, который в них стрелял, но поскольку убит был мальчик в спину, то этого сделать не удалось. О чем говорить. Там постоянно происходят.

Максим Резник: Нет, Даниил, если я правильно понял, то радиослушатель не спорил с тобой, а он просто говорил о том, что не подавили, а загнали проблемы внутрь, об этом не рассказывают, но реально там происходят события, которые могут привести к взрыву с минуты на минуту, что называется.

Даниил Коцюбинский: Конечно.

Виктор Резунков: Но плохо было слышно.

Наталья из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Вот я хочу обратиться к вам, господин Резунков. Я очень вас ценю как журналиста. Но мне хочется заступиться в данном случае за Григория Явлинского. Как я понимаю, вот эти два господина, которые сейчас выступают в эфире, они представляют собой как бы альтернативу Явлинскому в партии «Яблоко». Ну, вы понимаете, наверное. я вас очень ценю как чрезвычайно умного, совестливого и талантливого журналиста, но вы же понимаете, что они не могут представлять собой как бы людей равномощных Явлинскому. Что-то такое в них хлестаковское, и весь стиль такой какой-то.

Виктор Резунков: Нет, Наталья, мы не обсуждаем Григория Явлинского. И мы не занимаемся противопоставлением, разумеется, Петербургской организации партии «Яблоко» федеральному центру. Упаси Господи! Мы как раз очень взвешенно и конкретно. И Максим Резник сказал, что он с большим уважением относится. и мы все с большим уважением относимся. Вот Максим вам ответит.

Максим Резник: Я бы хотел, чтобы вы вот о чем подумали. Я ведь говорил о том, что Григорий Явлинский, безусловно, по своим личным качествам профессиональным, уровню интеллекта и пониманию проблем является, безусловно, одним из лидеров демократического движения. Но, поймите, он не должен быть единственным лидером – это противоречит самой сути демократического движения. И потом, сохранить всех тех людей, которые поддерживают лично Григория Явлинского, безусловно, важно. Но неужели вам, которая лично симпатизирует Григорию Алексеевичу, как и я, не понятно, что этого ресурса недостаточно уже для того, чтобы вывести демократическое движение на тот уровень, который позволит ему бороться с той системой хоть сколько-нибудь на равных, которая сложилась в нашей стране? Вот вы об этом задумайтесь. В партию «Яблоко» и в любую другую «под Явлинского» все, кто мог, уже пришли. Больше «под Явлинского» никто не придет.

Даниил Коцюбинский: Меня, конечно, это очень удивляет и огорчает одновременно, что даже такой демократический и либеральный избиратель, в общем-то, хочет верить персоне. И даже уже не важно, что эта персона говорит. Я же привел пример, допустим, какого-то высказывания Явлинского, с которым я не согласен. Это даже не обсуждалось. Обсуждалось то, что я покусился на авторитет. Это ненормально, когда мы спорим не о качестве идей, а о качестве людей. Ну, о качестве людей надо спорить, но после того, как мы выяснили вопрос все-таки программно-идеологический.

Виктор Резунков: Если бы мы хотели спорить о качестве людей, то мы пригласили бы Григория Алексеевича отдельно к нам в передачу и побеседовали.

Сергей из Петербурга, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте, дорогие друзья. Ленинградец Сергей. Вы обратили внимание или нет на то, что не так давно был принят закон о референдуме. И одно из положений этого закона о том, что когда чемоданное настроение у депутатов и у президентов, то нельзя вообще слово «референдум» произносить никому. И мы все слышали неоднократно эпизоды, как Грызлов говорил: «Приходите на выборы – это будет референдум. Спасибо, что вы пришли. Это был референдум». Вот можно ли Грызлова за язык в суд оттащить или еще куда-нибудь? Спасибо.

Виктор Резунков: Кто хочет ответить?

Максим Резник: Я могу просто сказать, что все можно, наверное, в конечном счете. Но я хотел бы еще раз сказать, чтобы мы не строили иллюзий по этому поводу. Важно наше понимание, но иллюзий быть не должно. Система сложилась таким образом, что закон, Конституция, все, что хотите, в России сегодня – это то, что Путин сказал вчера. Вот такова сегодня модель, построенная на одном человеке, на его телевизионном рейтинге. И кстати говоря, насчет доверия на референдуме. Я бы очень усомнился. Мне кажется, сам Владимир Владимирович не очень доволен результатом.

Даниил Коцюбинский: Ну да, как некий плебисцит, я думаю, это все не состоялось.

Максим Резник: Подгоняли-подгоняли, но не очень справились.

Даниил Коцюбинский: Мне кажется, что опять-таки не все наши, может быть, слушатели до конца понимают, что суд, как институт, не является независимой структурой, а особенно в тех случаях, когда речь идет о попытке какого-то гражданина доискаться правды во взаимоотношениях с властью. Понятно, как только ты вступаешь в противоречие с администрацией, а особенно с высшей администрацией, то суд присягнет на верность вождю. Точно так же, как и все остальные органы власти. У нас вертикаль в стране. Поэтому здесь уповать на закон, на то, что кого-то можно за язык схватить и куда-то отвести, просто не стоит.

Виктор Резунков: Георгий из Москвы, пожалуйста. Добрый вечер.

Слушатель: Добрый вечер. Виктор, западноевропейская демократия строилась, как кирпичики, на основе исторических прецедентов. Российское «Яблоко» испеклось в политической духовке, и оно уже отыграно. Будущее страны будет создаваться другими политическими силами. Каждая западноевропейская демократия разрушила свою «берлинскую стену» на основе антикоммунизма. Но российская демократия не сумела сформировать антикоммунистическое движение в стране. Этим займутся уже другие. И я не знаю, сознательно ли они на этой основе не смогли сконцентрироваться или несознательно. Во всяком случае, они свою роль сыграли, и за ними уже никто не пойдет. Любое демократическое движение, любое политическое движение, оно в основе имеет.

Виктор Резунков: Понятно, Георгий. Мы поняли, что вы хотели сказать.

Даниил Коцюбинский: Я бы в связи с этим хотел вспомнить о нынешней риторике одного из кандидатов в президенты (по крайней мере, из тех, кто собирается таковым себя объявить) Владимира Буковского. Вот мне кажется, что не очень правильно сегодня пытаться объединить демократическую оппозицию под лозунгами борьбы с коммунизмом. Потому что, во-первых, Компартия на сегодняшний день формально все-таки в оппозиции, хотя в специфической, о чем уже говорил Максим, но тем не менее. Ведь у нас официальный Кремль не декларирует коммунистических каких-то догм от своего имени.

Виктор Резунков: Наоборот, демократические декларируются.

Даниил Коцюбинский: Да. Ведь игла, разломив которую можно обрушить царство Кощея Бессмертного, этой иглой является империализм, имперство. Вот с чем надо бороться. Ведь на сегодняшний день нас всех, ну, наше общество в целом поймали на удочку государственничества. То есть: «Вы потерпите, вы посидите у телевизоров еще лет 10-20-30, а мы тем временем державу будем крепить. Поскольку за державу-то вам обидно, и нам обидно. Только вам при этом бедно, но честно, но обидно, а нам богато и нечестно, но тоже очень обидно». То есть вот тот мостик, который пролег между Кремлем и той массой обывателей, которые. или граждан, можно даже и так сказать, которые его сегодня поддерживают. Всем обидно за державу. Всем хочется, чтобы мы хоть немножечко попыжились на международной и на внутренней арене. Причем в отличие от Америки, которая, конечно, империя, но при этом империя для внешнего употребления, а не для своих сограждан, Россия — преимущественно империя для своих собственных крепостных, которых порют на конюшнях, усмиряют, монетизируют и так далее. Но это уже все вроде как лес рубят, щепки летят. Главное, чтобы держава крепла. Вот с этим мифом надо бороться. Вот это должно являться квинтэссенцией той новизны, которую оппозиционное движение должно предложить обществу: мы боремся против кремлевского империализма, мы боремся против вертикального государственного устройства. И для этого у нас есть программа преобразования страны, программа политической реформы, программа превращения России унитарной, России недемократической, России евразийской в Россию европейскую.

Виктор Резунков: Алла Павловна пишет: «Ребята-петербуржцы, вы умницы, молодцы! Так держать! Ваше выступление – как бальзам на душу. Виват петербуржскому «Яблоку»!». Стабильная «яблочница» написала.

Александр из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я считаю, что все проблемы «Яблока» только из-за ее нынешнего лидера.

Виктор Резунков: Понятно.

Максим Резник: Я не согласен с этим. Но все-таки предлагаю видеть эту ситуацию не в контексте персональных качеств Григория Алексеевича Явлинского, который, уверяю вас, гораздо выше и в человеческом, и в профессиональном, чем средние российские, а уж тем более, чем средние кремлевские. Просто надо понимать, что проблемы есть объективные. Но то, о чем вы сказали, тоже существует. Я вот уже отвечал на вопрос радиослушательницы, которая очень любит Григория Алексеевича, но, мне кажется, не видит проблем, связанных с тем, что одноликость демократического движения и «Яблока» вредит самому демократическому движению и нам всем.

Виктор Резунков: Валерий из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Господа, я, вообще-то, в принципе, как бы разделяю ваш энтузиазм в отношении того, что должно быть разнообразие. Но ведь нельзя ставить лозунг «разнообразие ради разнообразия», «сменяемость ради сменяемости». В сущности говоря, вы, ребята, присоединились к уже 15-летней кампании номенклатуры и аффилированных средств массовой информации против Явлинского. Ведь против него велась все эти годы настоящая травля. Его постоянно обвиняли в диктатуре внутри партии. Я вам приведу даже пример, что некоторые якобы демократические журналисты, вроде Альбац и Пархоменко, позволили себе оскорбительные выпады против него, обвиняя его в том, что якобы кроме него никакого «Яблока» нет, что «Яблоко» — это, вообще, миф, фантом, что Явлинский стареющий какой-то. одним словом, какой-то деградирующий человек. Вы – молодцы, вы вовремя к этому делу присоединились. Вот мне хотелось бы вас спросить. А вы эти вопросы на съездах-то партии ставили?

Максим Резник: Ставили многократно. Ставили в 2003 году, говорили об этом. Нам сказали: «Не время». Прошло четыре года. И что мы имеем? Сейчас нам опять некоторые наши товарищи говорят: «Не время, сейчас не время». Еще раз хочу сказать, чтобы все наши радиослушатели, наши товарищи по партии и не товарищи поняли, что речь идет о существе вопроса. Если мы хотим, демократическое движение, партия, и называется ли она «Яблоко» или как-то иначе, построить демократию в России, демократическое общество разнообразное, разноликое, то мы должны миропонимание привести в соответствие с мироприменением. Да, в России есть особенности, связанные с тем, что вождистские, лидерские качества востребованы и обществом, и даже теми избирателями, которые считают себя либералами. С моей точки зрения, даже если встать на вашу позицию, ресурс Григория Явлинского по привлечению дополнительного числа сторонников демократического движения исчерпан. Он привлек многих. Его роль непереоценима. Я, как историк, уверен в том, что его роль по сохранению гражданской партии «Яблоко» в таких условиях будет оценена вдумчивыми и объективными историками по достоинству, с высоким баллом. Но жить-то нужно дальше.

Григорий Алексеевич, как настоящий лидер, сейчас должен сделать все возможное, чтобы обеспечить функционирование демократического движения вне зависимости от отношения общества к нему самому. Это для него задача. И я уверен в том, что он ее поймет, если уже не понимает.

Даниил Коцюбинский: Мне кажется, что совершенно очевидно, что старые лидеры, в общем. не только Явлинский, да все старые лидеры выработали свой ресурс. Вот все те, кого мы привыкли называть таковыми, они, в общем, достигли некоего потолка. И на сегодняшний день должны начать расцветать некие сто цветов на демократическом, оппозиционном пространстве. И должны появиться. по крайней мере, мы должны исходить из того, что этот процесс необходимо пытаться инициировать, должны появиться новые лидеры с новыми идеями и с новым опытом работы с избирателями, работы с партийными, а может быть, и непартийными общественными силами. Потому что те формы работы, которые до сих пор использовались в основном через телевидение, через радио, они – все, они больше не будут актуальны. Значит, на сегодняшний день это должны быть совершенно новые люди с новым запасом и тактических, и программных идей.

И я не знаю, стоит ли мне излишне скромничать в том смысле, что напротив меня сидит человек, которого я считаю одним из перспективных лидеров «внутрияблочного», так сказать, состава. И если, допустим, соберется съезд в декабре «яблочный», то я, если так станется, я буду делегатом съезда, буду предлагать Резника как альтернативу Григорию Явлинскому. И именно потому, что Резник своими последними годами работы в качестве лидера петербургского «Яблока» доказал свою способность решать вот те задачи, которые стоят сегодня перед страной в целом. То есть объединять все. ну, по крайней мере, значительную часть оппозиционно настроенных структур и граждан под демократическими и либеральными лозунгами и вести их на борьбу с авторитарной властью. Вот это самое главное. Это то, чего до сих пор Москва не научилась. этот опыт до сих пор Москва не освоила и не смогла экстраполировать на страну в целом. А я уверен в том, что и не сможет, что эти точки роста должны появляться в регионах самостоятельно.

Максим Резник: Я чувствую себя неловко.

Виктор Резунков: Максим, это мнение Даниила. Ну, что ж делать.

Владимир Гаврилович из Белгородской области, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Ваши товарищи очень красиво и умно говорят, но только не всем понятно. И у меня вопрос такой. Какие они проделывали дела, соединившись с другими партиями, например, по контролю над больницами, над аптеками, над рабочим временем на производствах, как люди трудятся, как живут? В каких-нибудь регионах они бывают? И обращаются ли к ним люди или нет? Куда можно написать им, куда можно позвонить?

Виктор Резунков: Максим, это отчет о деятельности.

Максим Резник: Да, мы можем много что сказать. Но я скажу очень коротко. По всем этим вопросам я бы хотел вот что сказать. Вот то, о чем говорил радиослушатель наш сейчас из Белгородской области, мы можем продлить этот ряд бесконечно (эфира не хватит) по всем тем болевым точкам, с которыми сегодня сталкиваются граждане в своей беззащитности с произволом чиновничьей вертикали. Именно для этого петербургское «Яблоко» и пыталось объединить разные силы и сотрудничать с разными силами, с которыми мы, может быть, в чем-то не согласны, по каким-то содержательным, идейным вопросам. Но ради защиты прав граждан, ради борьбы с вот этой раковой опухолью авторитаризма на теле России, которая создает, как я уже говорил, все новые метастазы и нарушает все новые права граждан в самых разных сферах, «Яблоко» петербуржское и пыталось (то, о чем сказал Даниил) взаимодействовать и объединять на очень понятных, ясных целях и для очень понятных и ясных задач самые разные силы – от уплотнительной застройки до вопросов монетизации. В общем, не буду давать отчет. Но существо вопроса именно в этом: ради защиты прав граждан есть вещи и разногласия, которые можно отложить в сторону.

Виктор Резунков: Даниил Коцюбинский, пожалуйста.

Даниил Коцюбинский: А я бы хотел сказать, что на сегодняшний день перед оппозиционно настроенным и политиком, и просто гражданином, мне кажется, есть две перспективы. Ну, если он не собирается превращаться в конформиста. Это либо уезжать из страны. И я, кстати сказать, с уважением отношусь к такого рода перспективе и не считаю ее недостойной. Просто весь вопрос в том, что надо верно рассчитать свои силы. Или же, если все-таки нет желания покидать эту страну, надо настроиться на то, что впереди довольно долгий отрезок времени, который будет происходить в ситуации неравной борьбы. Когда движение, о котором мы говорим, движение за политическую реформу, будет очень мучительно и долго искать понимания среди значительной части общества, оболваненной кремлевской пропагандой. И только в тот момент, когда, не знаю, может быть, вал анекдотов или какого-то раздражения, эстетической усталости от системы достигнет кремлевских высот, и когда там начнется раскол уже по принципу тех, кто захочет перемен и кто будет держаться за старое любой ценой (я не знаю, когда это произойдет), только тогда у этого оппозиционного движения будет реальный шанс на победу. К сожалению, сегодня мы – диссиденты середины или, может быть, второй половины 1970-х годов, но даже не начала 1980-х, увы. И к этому надо быть готовыми. Если ты к этому не готов, ну, либо тогда смиряйся с тем, что есть в стране, либо уезжай. Но я все-таки надеюсь на то, что запас какой-то моральной прочности у тех, кто нас слушает, и у нас самих еще не исчерпан.

Виктор Резунков: Владимир Буковский буквально несколько дней назад в этой же студии сказал, что нас ожидают очень напряженные времена, и придется спасать людей из психиатрических больниц, из тюрем и так далее.

Партия «Яблоко»

Российская объединенная демократическая партия «Яблоко» — одна из старейших в России оппозиционных политических сил. На последних выборах партия не смогла пробиться в Госдуму, не преодолев 5%-ный порог количества голосов избирателей. Главным лозунгом «Яблока» остается: «За свободу и справедливость!»

Российская объединенная демократическая партия «Яблоко» — одна из старейших в России оппозиционных политических сил. На последних выборах партия не смогла пробиться в Госдуму, не преодолев 5%-ный порог количества голосов избирателей. Главным лозунгом «Яблока» остается: «За свободу и справедливость!»

Основание

В 1993 году, перед выборами в Госдуму I созыва, был создан избирательный блок «Явлинский — Болдырев — Лукин» (назван журналистами «ЯБЛоко», исходя из первых букв фамилий лидеров: либеральный политик Григорий Явлинский, бывший начальник контрольного управления администрации президента РФ Юрий Болдырев и посол РФ в США Владимир Лукин).

В состав блока вошли несколько политических партий: Республиканской, Социал-демократической и партией Российский Христианско-демократический союз — Новая демократия. Блок «ЯБЛоко» на выборах 1993 года получил 7,86% голосов, в результате чего в Госдуме была создана фракция «ЯБЛоко».

В январе 1995 года «Яблоко» преобразовалось в общественное объединение, проведя учредительный съезд.

В декабре 2001 года на базе общероссийской политической общественной организации «Объединение ЯБЛОКО» была официально создана партия социального либерализма — Российская демократическая партия «Яблоко». 26 апреля 2002 года Минюстом была зарегистрирована Российская демократическая партия «Яблоко» (Рег. № 5018). Председателем был избран Григорий Явлинский.

С 2006 года, после присоединения «Зеленой России» и «Солдатских матерей», название изменили на Российская объединенная демократическая партия (РОДП) «Яблоко».

В составе Партии действует ряд фракций: «Зеленая Россия», «Солдатские матери», Правозащитная, Женская (гендерная), Молодежная, Социал-демократическая, фракция предпринимателей. Партия взаимодействует с правозащитными и экологическими организациями, свободными профсоюзами, национально-культурными обществами, новыми гражданскими инициативами и общественными организациями для защиты прав граждан в социальной сфере.

Ключевые персоны

Первым председателем партии (1993—2008) являлся Григорий Явлинский.

Действующий председатель партии (избран на XV съезде 22 июня 2008 года) — Сергей Митрохин.

Биография партии

В ноябре 1993 года в качестве демократической оппозиции Ельцину был создан избирательный блок «Явлинский — Болдырев — Лукин».

На парламентских выборах, прошедших 12 декабря 1993 года, блок «Яблоко» получил 7,86% голосов (20 мандатов) по общефедеральному списку; кроме того, еще несколько мест блок получил на выборах в одномандатных округах. Всего в первую фракцию «Яблока» в Государственной думе вошли 29 депутатов. Одновременно в Совет федерации был избран Болдырев.

После выборов, в 1994 году, начали формироваться региональные отделения сторонников блока. Однако уже в июле того же года блок испытал первый раскол: из него был исключен лидер Республиканской партии Владимир Лысенко, который регулярно подвергал критике Явлинского и, в отличие от последнего, выражал готовность к сотрудничеству с исполнительной властью. Вместе с Лысенко блок покинула часть представителей Республиканской партии.

В январе 1995 года в Подмосковье состоялся учредительный съезд Общероссийского общественного движения «Яблоко»; на тот момент сообщалось о 53 региональных организациях движения, хотя в прессе выражались сомнения в их реальном существовании.В это же время к «Яблоку» присоединилась Региональная Партия Центра из Санкт-Петербурга на правах региональной организации. Председателем движения стал Явлинский.

На II съезде «Яблока» (сентябрь 1995) был принят программный документ «Путь российских реформ», содержавший негативную оценку первых итогов российских преобразований, которые были охарактеризованы следующим образом. В документе съезда было сформулировано принципиальное видение реформ — что они должны проводиться в интересах большинства населения. Была выдвинута идея возвращения парламенту контрольных полномочий и устранения, таким образом, возможности присвоения одним органом власти полномочий другого. Выдвижение этих принципов означало утверждение «Яблока» в качестве политического объединения социально-либерального типа.

Среди создателей «Яблока» была и группа социал-демократов, однако по результатам дискуссии первоначально было принято решение не называть себя социал-демократами. В связи с этим Григорий Явлинский отмечал:

«Наша идеологическая модель строится на основе необходимости сочетания в России либерального и социал-демократического подходов. Это особенность России, в которой мы должны быть либералами, чтобы защищать частную собственность, добиваться снижения налогов, максимальных свобод для предпринимателей, масштабного развития частного предпринимательства, потому что без этого невозможно создать «общественный пирог». Но мы не можем забывать, что Россия — это страна, которая не может существовать без бесплатного образования, без качественной бесплатной медицины. Мы не можем забывать, сколько у нас пенсионеров, сколько инвалидов, сколько у нас территорий, которые сегодня ещё не впишутся в либеральный подход… Мы должны делать всё для того, чтобы либеральные основы экономики были как можно глубже, и одновременно решать первоочередные социальные задачи страны».

В сентябре того же года объединение покинул Болдырев, который не согласился с законом «О разделе продукции», который был предложен «Яблоком»; позднее утверждалось, что уход Болдырева был связан и с тем, что Явлинский был недоволен ростом его популярности.

В декабре 1995 года список «Яблока», во главе которого стояли Явлинский, Лукин и Татьяна Ярыгина, участвовал в новых выборах в Государственную думу. Объединение заняло четвертое место, получив 6,89% голосов. Фракция «Яблока» в новой Госдуме с учетом депутатов, избранных по мажоритарной системе, составила 46 человек.

«Яблоко» возникло и развивалось в русле демократического движения как альянс политических групп, представлявших различные идеологические течения — либералов, социал-демократов, христианских демократов. В процессе формирования партии необходимо было определиться с тем, какую «нишу» в партийно-политическом спектре она займет — станет ли она в конечном итоге социал-демократической или либеральной партией. Нужно было также решить, какая именно формула либерализма может наиболее точно выразить ее идейное кредо. Решающим фактором, повлиявшим на такое решение, стало отношение к происходящим изменениям в стране.

В первой половине 1990-х годов, идеи социализма вообще не пользовались популярностью в демократическом движении. Дистанцирование «Яблока» от социал-демократии проявлялось в отношении партии к такому принципу, как социальная справедливость. В 1995 году Григорий Явлинский говорил:

«Тезис о социальной справедливости — один из самых опасных тезисов, которые могут существовать. Множество раз доказано, что борьба за социальную справедливость рано или поздно кончается страшными трагедиями. Поэтому для нашей страны правильным был бы тезис не о социальной справедливости, а о социальной приемлемости. Это динамическое положение, которое предполагает, что на разных этапах, в разных условиях общество может соглашаться с теми или иными социальными издержками. Особенно в период реформ. И если, вместо того, чтобы организовать эффективное хозяйство, мы снова начнем добиваться справедливости, понимая при этом, что её не существует, что это абстрактный тезис, мы вновь и вновь будем подталкивать людей к социальным конфликтам».

Позднее отношение «Яблока» к понятию социальной справедливости стало меняться в сторону большей «социал-демократизации».

В январе 1996 года съезд «Яблока» выдвинул кандидатуру Явлинского на пост президента России. 16 июня 1996 года в первом туре президентских выборов Явлинского поддержали 7,34% проголосовавших, в результате чего он занял четвертое место — после действовавшего президента Бориса Ельцина, Геннадия Зюганова и Александра Лебедя. Во втором туре борьба велась между Ельциным и Зюгановым; «Яблоко» не поддержало ни одного из кандидатов.

«Яблоко» в течение всего периода президентства Ельцина выражало неприятие социально-экономического и политического курса, проводимого им. «Яблоко» выступало против приватизации «по Чубайсу», предлагая альтернативу. «Приватизация была проведена по экономически бессмысленному и социально ущербному «номенклатурному» варианту, при котором контроль над собственностью перешел к «директорскому корпусу» на фоне огромного количества «титульных», то есть символических собственников» — констатировалось в программе «Яблока» 1998 года.

На выборах Госдумы III созыва в 1999 году объединение «Яблоко» заключило альянс с Сергеем Степашиным, включив его в первую тройку. По результатам подсчета голосов партия получила 5,93% голосов.

В 1990-е годы «Яблоко» отказывалось идти на сотрудничество с властью или выдвигало для такого сотрудничества невыполнимые условия. Члены «Яблока», соглашавшиеся принять посты в исполнительной власти, нередко были вынуждены покинуть движение.

Так, в ноябре 1997 года из «Яблока» ушел один из ближайших сподвижников Явлинского Михаил Задорнов, принявший предложение премьер-министра Виктора Черномырдина возглавить министерство финансов вместо Анатолия Чубайса, весной 1998 года была выведена из «Яблока» Оксана Дмитриева, назначенная министром труда и социального развития в правительстве Сергея Кириенко. При этом в сентябре 1998 года, вскоре после дефолта, ставший премьер-министром Евгений Примаков, кандидатура которого была предложена Явлинским, предлагал войти в кабинет и лидеру «Яблока» — в качестве вице-премьера по социальным вопросам, однако Явлинский отказался, обосновав свое решение невозможностью работать в одной команде с исповедовавшими другие экономические взгляды Виктором Геращенко и коммунистом Юрием Маслюковым. Впрочем, в отличие от предыдущих премьеров, «Яблоко» поддержало Примакова в качестве главы правительства, а в 1999 году не стало выступать против назначения премьер-министрами Сергея Степашина в мае и Владимира Путина в августе.

Роль демократической оппозиции исполнительной власти, которую играла партия, привела к тому, что в мае 1999 года фракция голосовала за импичмент главе государства — основная масса депутатов поддержала обвинение президента в развязывании войны в Чечне, а 24 депутата голосовали и за импичмент Ельцину по обвинению в вооружённом разгоне Верховного Совета в октябре 1993 года. «Яблочники», однако, отказались поддержать другие статьи обвинений, в том числе предложенную КПРФ статью о «геноциде русского народа». Критикуя президентскую и правительственную политику, регулярно голосуя против проектов государственных бюджетов, вносимых Кабинетом министров в Думу, «Яблоко» тем не менее, сохраняло готовность к конструктивному сотрудничеству с исполнительной властью.

Такая ситуация становилось возможной, когда власть хотела расширить свою базу поддержки в обществе, как, например, во время выборов 1996 года. Тогда Явлинскому предложили войти в состав правительства. Лидер «Яблока» в качестве условия потребовал прекратить военные действия в Чечне, внести серьёзные коррективы в социально-экономическую политику. Кроме того, он потребовал отправить в отставку премьер-министра Виктора Черномырдина, руководителя Службы безопасности Президента РФ Александра Коржакова, первого вице-премьера Олега Сосковца, министра обороны Павла Грачёва, руководителя администрации президента Николая Егорова, директора ФСБ Михаила Барсукова. Эти условия приняты не были, и вхождение Явлинского и его команды в правительство не состоялось.

В период кампании по выборам в Государственную думу во второй половине 1999 года с «Яблоком» активно сотрудничал Степашин, который, как предполагалось, мог привлечь дополнительных избирателей. На выборах в декабре 1999 года список «Яблока», возглавлявшийся Явлинским, Степашиным и Лукиным получил 5,93% голосов; фракция в парламенте с учетом одномандатников состояла из 21 депутата. В новой Госдуме фракция «Яблока» преимущественно поддерживала исполнительную власть; в частности, она голосовала за принятие большей части бюджетов, предложенных правительством. После отставки Ельцина с поста президента России 31 декабря 1999 года в стране были объявлены досрочные президентские выборы.

В январе 2000 года центральный совет «Яблока» утвердил кандидатом на президентский пост Явлинского; при этом, однако, лидер «Яблока» не стал кандидатом от движения, а выдвигался инициативной группой, чтобы показать, «что его поддерживает не только партийный аппарат, но и народ». Сам Явлинский, впрочем, не скрывал, что он не мог составить конкуренцию основному кандидату — исполнявшему обязанности главы государства Путину. На выборах, прошедших 26 марта 2000 года, Явлинский занял третье место (после Путина и Зюганова), получив 5,8% голосов; президентом был избран Путин.

Избрание Владимира Путина Президентом Российской Федерации в марте 2000 серьезно изменило политическую ситуацию в стране. Нового главу государства, в отличие от Ельцина, поддерживала значительная часть населения. Однако среди избирателей «Яблока» Путин никакой поддержки не имел.

«Яблоко» находилось в жесткой оппозиции Путину. Так, в 1999 году фракция голосовала против назначения Владимира Путина Председателем Правительства. «Яблоко» выступало с критикой правительства Михаила Касьянова в течение всего срока полномочий Думы третьего созыва, особенно по мере приближения думских выборов.

Еще в преддверии выборов в Государственную думу 1999 года политиками и прессой начал активно обсуждаться вопрос о возможном объединении «Яблока» и другой либеральной партии — Союза правых сил (СПС). Хотя два движения и проводили совместные избирательные кампании в регионах (в частности, на губернаторских выборах в Санкт-Петербурге в 2000 году ими был выдвинут единый кандидат Игорь Артемьев, в результате получивший более 17% голосов), а в июне 2000 года даже подписали соглашение о постепенном объединении и выдвижении единого списка на следующих выборах в Госдуму, против настоящего объединения фактически выступало высшее руководство «Яблока» и прежде всего Явлинский.

На этом фоне в начале 2000-х годов начался отток из «Яблока» влиятельных политиков в СПС. В частности, в июле 2000 года в СПС перешел известный политик Николай Травкин, а в начале 2001 года стало известно об уходе из «Яблока» видного деятеля движения Елены Мизулиной, ранее потребовавшей самороспуска движения для создания единой демократической партии. Помимо отказа от объединения либеральных сил, недовольство членов «Яблока» также вызывал автократический стиль руководства Явлинского. В октябре 2001 года «Яблоко» покинула группа политиков во главе с одним из основателей движения Вячеславом Игруновым, которые заявили, что оно превратилось в «команду обслуживания несостоявшихся амбиций одного человека» — ее лидера Явлинского.

В 2000-е годы партию покинул еще ряд известных политиков — Ирина Яровая, перешедшая в «Единую Россию», в «Справедливую Россию» перешли Галина Хованская и Сергей Попов, в 2007 году из партии был исключен в связи с националистическими взглядами Алексей Навальный, а в 2008 году из партии за нанесение политического ущерба был исключен Илья Яшин.

В то же время членами «Яблока» в 2000-е и 2010-е годы стали эколог, член-корреспондент РАН Алексей Яблоков, предприниматель и один из лидеров «Деловой России» Анатолий Лейрих, правозащитник Сергей Ковалев, главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов, певица Ирина Отиева, актриса Александра Яковлева и другие.

2 декабря 2001 года съезд «Яблока» официально преобразовал движение в партию — Российскую демократическую партию «Яблоко». Весной следующего года партия «Яблоко» получила официальную регистрацию.

В марте 2002 года «Яблоко» было принято в состав Либерального интернационала — международного объединения либеральных партий и движений.

В начале 2003 года «Яблоко» и СПС окончательно отказались от идеи объединения и выдвижения единого списка на парламентских выборах.

В июне 2003 фракция проголосовала за вотум недоверия правительству, который, однако, не был одобрен Думой.

На выборах Государственной думы в декабре 2003 года список «Яблока» не преодолел пятипроцентный барьер по прохождению в Государственную Думу, получив лишь 4,3% голосов; еще меньше (около 4%) получил СПС. По одномандатным округам в Госдуму прошли четыре представителя партии — Михаил Емельянов, который вскоре после выборов перешел во фракцию партии «Единая Россия», Михаил Задорнов, ушедший в июле 2005 года на работу во Внешторгбанк, Сергей Попов и Галина Хованская (в 2007 году как Попов, так и Хованская перешли в партию «Справедливая Россия»; там же оказался и Емельянов).

После того, как в 2003 году «Яблоко» не смогло пройти в Думу, партия ушла в глубокую, практически тотальную оппозицию Владимиру Путину.

2 декабря 2003 года съезд «Яблока» обсудил вопрос об участии партии в президентских выборах 2004 года: было принято решение собственного кандидата не выдвигать и при этом не поддерживать кандидатуру действовавшего президента Путина. В марте 2004 года Путин был переизбран на второй срок.

В феврале 2004 года членство в «Яблоке» приостановил Лукин — в связи с назначением его на пост уполномоченного по правам человека в РФ.

Несмотря на поражение на выборах в федеральный парламент, «Яблоку» в середине 2000-х годов удалось провести своих представителей в ряд региональных парламентов — в некоторых случаях в составе блока с другими партиями, в первую очередь с СПС.

Особого успеха добился на выборах 4 декабря 2005 года в Московскую городскую думу блок «Яблоко — Объединенные демократы», в список которого помимо «яблочников» вошли представители СПС и организаций «Солдатские матери» и «Зеленая Россия»; он получил 11,11% голосов. Из трех мест в московской думе, полученных блоком, два заняли представители «Яблока» Сергей Митрохин и Евгений Бунимович.

В 2006 году к «Яблоку» присоединились часть движения солдатских матерей и незарегистрированная партия экологов «Зеленая Россия». В связи с этим в июне 2006 года название партии было изменено на «Российская объединенная демократическая партия «Яблоко» Тогда же «яблочники» вновь подтвердили свою неготовность объединяться с СПС.

В 2006 году «Яблоко» вступило в Европейскую партию либералов, демократов и реформаторов.

На выборах в декабре 2007 года «Яблоко», позиционировавшее себя как партия интеллигенции, получило 1,59% голосов. В том же месяце партия объявила о поддержке на предстоявших президентских выборах кандидатуры известного диссидента Владимира Буковского, которого, впрочем, Центризбирком отказался регистрировать на основании наличия у него вида на жительство в Великобритании. На президентских выборах, состоявшихся в марте 2008 года, победил Дмитрий Медведев.

После разгромного поражения партии на выборах в Государственную Думу в 2007 году и с приходом к власти Дмитрия Медведева оппозиционность «Яблока» усилилась; партия стала обвинять власти в тоталитаризме.

Вскоре после провала «Яблока» на парламентских выборах в партии вновь начало высказываться недовольство политикой Явлинского; в частности, против сосредоточения в его руках всей власти в партии выступил лидер молодежного крыла «Яблока» Илья Яшин (в том же году Яшин был исключен из «Яблока» за то, что он вошел в руководство оппозиционного движения «Солидарность»).

В июне 2008 года на очередном съезде «Яблока» Явлинский неожиданно покинул пост председателя «Яблока». Новым главой партии был избран Сергей Митрохин.

В октябре 2009 года было принято решение о присоединении к «Яблоку» объединения «Старшее поколение», представлявшего собой осколок Российской партии пенсионеров; окончательно процесс присоединения был завершен в начале следующего года. Несмотря на это, ряд политиков и экспертов, не принадлежавших партии, утверждали, что в конце 2000-х и начале 2010-х годов «Яблоко» в значительной степени теряло популярность. На это указывало, в частности, то, что партия потерпела поражение на нескольких местных выборах, в том числе в Москве не смогла пройти в Московскую городскую думу в октябре 2009 года. Между тем, в руководстве самого «Яблока» утверждалось, что слабые результаты партии были связаны с недемократичностью проведения выборов.

В сентябре 2011 года на съезде «Яблока» был утвержден список кандидатов от партии на очередных выборах в Государственную думу: возглавил список снова Явлинский.

По официальным итогам состоявшихся 4 декабря 2011 года выборов за список партии проголосовали 3,43% избирателей: «Яблоко» не преодолело избирательный барьер. Тем не менее, не получив представительства в нижней палате парламента, партия впервые получила право на государственное финансирование.

В том же месяце «Яблоко» снова выдвинуло Явлинского в качестве своего кандидата на намеченных на март 2012 года президентских выборах. Однако принять в них участие ему не удалось: в январе 2012 года Центризбирком отказал Явлинскому в статусе регистрации кандидатом, признав недействительными свыше 25% подписей, собранных в его поддержку. На выборах президента победу в первом туре одержал Владимир Путин, набравший 63,6% голосов избирателей.

14 октября в России прошли выборы региональных и муниципальных органов власти, в которых «Яблоко» приняло активное участие, выставив списки кандидатов в 22 регионах страны. Впрочем, по результатам выборов во всех регионах убедительную победу одержала «Единая Россия», а «Яблоку» удалось сформировать фракции лишь в четырех муниципальных собраниях: Ярославля, подмосковного Электрогорска, а также двух городов Свердловской области — Первоуральска и Березовского. Неоднозначной остаётся позиция «Яблока» по отношению к ЛГБТ. Некоторые известные «яблочники», в том числе Галина Михалёва, Максим Резник и Алексей Мельников, выступают в поддержку ЛГБТ. «Защита от дискриминации ЛГБТ-сообщества» была определена в 2011 году как одно из новых направлений работы гендерной фракции.

Члены Московского «Яблока» приняли участие в мероприятиях Недели против гомофобии в 2011 году, а Московское «Молодёжное Яблоко» выпустило специальное заявление в её поддержку.

Лидеры партии Сергей Митрохин и Григорий Явлинский неоднократно выступали с осуждением гомофобии. Представитель «Молодёжного Яблока» Николай Кавказский отмечал, что «гей-парад не карнавал, а правозащитное мероприятие… которое нужно устраивать не один раз в год, а почаще». Тем не менее, поддержка ЛГБТ не включена в программу партии.

Депутат Государственной Думы III созыва Александр Федулов, руководитель курской парторганизации «Яблока» летом 2011 года обратился к Президенту России Дмитрию Медведеву с призывом «защитить нравственное и духовное здоровье абсолютного большинства россиян от агрессивного, наглого «розово-голубого» меньшинства», после чего был подвергнут критике со стороны Сергея Митрохина. Сергей Митрохин при этом призвал ЛГБТ-сообщество воздержаться от проведения гей-парадов «провоцирующей часть российского общества на агрессию и насилие — против не только участников самих парадов, но и вообще всех граждан нетрадиционной сексуальной ориентации».

Позднее Александр Федулов был исключён из партии «за неоднократные публичные высказывания и заявления националистического и человеконенавистнического характера, а также поддержку руководства авторитарно-олигархического коррупционного режима». Партией разработан ряд программ, в том числе – «Демократический манифест», план преодоления последствий криминальной приватизации и демонтажа олигархического капитализма («Дорожная карта» российских реформ»), «Семь шагов к равенству возможностей», антикризисная концепция «Земля. Дома. Дороги».

В партии «ЯБЛОКО» сейчас насчитывается 76 региональных отделений, свыше 600 структурных подразделений, более 55 тысяч членов.

Скандалы

Одной из главных финансовых структур, с которой напрямую связан Явлинский — это группа «Мост» и лично ее глава Владимир Гусинский. По крайней мере, с 1991 года, когда был создан небольшой группой Явлинского Межреспубликанский центр экономических и политических исследований («ЭПИ-Центр») началась материальная поддержка последнего Гусинским. Прямым доказательством этого служит тот факт, что «ЭПИ-Центр» занимал площади в здании московской мэрии на Новом Арбате, за аренду которых платил Мост-банк.

Во всех избирательных кампаниях коммерческие структуры Гусинского выступали официальными спонсорами Явлинского. Григорий постоянно раскручивается на телевизионных каналах и в средствах массовой информации холдинга «Медиа-Мост». В 1991 году Явлинский со всей определенностью заявлял в Токио: «Четыре острова — Шикотан, Хабомаи, Итуруп и Кунашир должны быть возвращены Японии». После этого Япония долгое время на все лады пропагандировала Явлинского как основного кандидата на пост российского президента.

СМИ отмечали, что в 1999 и 2003 годах значительные средства партия получала от бизнесмена Михаила Ходорковского, который спонсировал и ряд других политических партии, в том числе КПРФ и СПС. Арест Ходорковского в 2003 году по обвинению в мошенничестве и неуплате налогов (в 2005 году бизнесмен был осужден и приговорен к 9 годам лишения свободы) негативно отразился на финансовом положении «Яблока»: согласно официальному отчету, в то время как в 2003 году доходы партии от пожертвований составили 273 миллиона рублей, в 2004 году они не превышали 40 миллионов рублей.

В 2008 году председатель партии Митрохин объявил, что впредь «Яблоко» откажется от финансирования «из сомнительных непрозрачных источников», а также из-за рубежа. Тем не менее, к 2012 году, по данным Русского Forbes, источники доходов «Яблока», как и других крупных партий, по-прежнему не отличались прозрачностью: отмечалось, что большая часть фирм-доноров «Яблока», имевших в названии словосочетание «Региональная общественная организация», были зарегистрированы по одному адресу в Москве.

В декабре 2013 года на заседании федерального совета партии «Яблоко» ее лидер Сергей Митрохин неожиданно выступил с резкой критикой экс-кандидата в мэры Москвы Алексея Навального. Председатель «Яблока» назвал Навального «олигархическим проектом» и призвал своих сторонников к борьбе с ним. «Партия Навального («Народный альянс») — это новое издание СПС («Союза правых сил»), но с националистическим акцентом», — добавил политик.

Сам Алексей Навальный так прокомментировал в своем блоге слова Митрохина: «Сегодня утром начал работу Федеральный Совет партии «Яблоко». Это такой важнейший орган, куда входят специально избранные люди и все региональное и федеральное руководство партии. Жестко и бескомпромиссно начал собрание лидер партии. Он смело обозначил главного врага демократии и гневно обрушился на него».

Политическая партия "Яблоко"

ГОСТ Гост

Общая характеристика партии «Яблоко»

Политическая партия «Яблоко» — это официально зарегистрированная объединенная демократическая партия России центристского толка.

Партия «Яблоко» принимала участие в выборах депутатов Государственной думы всех 7 созывов. До 2003 года партия в Государственной думе была представлена фракцией, до 2007 года – отдельными членами-депутатами.

В настоящее время члены партии являются руководителями отдельных подразделений Федеральной антимонопольной службы (руководитель Игорь Артемьев), в два региональных парламента «Яблоко» прошло по одномандатным округам. Члены партии являются депутатами более десяти центров субъектов РФ. Владимир Лукин, один из учредителей «Яблока», является членом Совета Федерации.

Партия сформировалась и развивалась как альянс политических групп, которые представляли разные идеологические течения (социал-демократы, либералы, христианские демократы) в русле демократического движения.

В сентябре 1995 года на втором съезде партии «Яблоко» была принята программа «Путь российских реформ», которая давала негативную оценку первым перестроечным преобразованиям, охарактеризованных следующим образом:

  • в политике наблюдались авторитарные тенденции, которые сопровождались беспорядком и дезорганизацией;
  • в экономической сфере отсутствовал фундамент для экономического роста;
  • в обществе нарастало разочарование и недовольство в результате резкого падения уровня жизни и ухудшения социальной обстановки.

В партийных документах было сформулировано видение происходящих в России реформ – реформы должны проводиться с четом интересов большинства населения.

Было предложено вернуть парламенту контрольные полномочия, устранить саму возможность присвоения полномочий одних органов другими. Выдвижение данных принципов утверждало партию «Яблоко», как политическое объединение социально-либерального типа. Лидеры партии, признавая социокультурную и цивилизационную специфику России, настаивали, что при осуществлении реформ это обязательно нужно учитывать. Такая специфика заключалась в высокой роли, которую государство играло в экономической жизни страны, направленность значительных слоев населения на то, что государственные институты должны оказывать социальную помощь. Представители «Яблока», анализируя особенности исторического развития и социально-экономической эволюции России, особое внимание обращали на диспропорциональное развитие государства. Они утверждали, что для успешного проведения реформ необходима регулирующая поддержка государства, а также эффективное устранение всех диспропорций.

Готовые работы на аналогичную тему

Партия «Яблоко» выступает за:

  • европейский путь развития государства, введение со странами Евросоюза безвизового режима, вхождение РФ в европейское сообщество;
  • утверждение в стране современного правового социального государства, создание эффективны рыночных отношений и экономики, становление гражданского общества;
  • полную отмену воинского призыва и создание контрактной профессиональной армии;
  • гендерное равноправие;
  • системное противодействие коррупционным схемам;
  • сохранение целостности государства в нынешних границах;
  • признание нелегитимным переворота 1917 года;
  • прекращение строительства новых АЭС, ввоза в страну ядерных отходов, усиление экологического контроля;
  • легализацию однополых браков.

В тоже время деятельность партии направлена против любых видов дискриминации, национализма, сталинизма и большевизма.

Организационная структура партии «Яблоко»

В структуру партии «Яблоко» входят региональные отделения в субъектах федерации (по одному), местные отделения в муниципальных районах и городских округах, местные отделения по одному на ТОС, сельское поселение или городское поселение.

Высшие органы управлении «Яблока»:

  • Съезд партии является высшим органом. Между съездами собирается Федеральный совет, между ними – Политический комитет, высшее должностное лицо – Председатель. Исполнительным органом партии выступает Бюро, партийный арбитраж – высший контрольный орган, Контрольно-ревизионная комиссия – высший ревизионный орган.
  • Высшим органом регионального отделения являются конференции, между которыми собирается региональный совет. Бюро регионального совета выступает исполнительным органом регионального отделения, высшим должностным лицом которого является председатель регионального отделения. Контрольно-ревизионная комиссия отделения представляет собой его ревизионный орган.
  • Высшим органом муниципального отделения являются конференции, между которыми собирается совет местного отделения. Председатель местного отделения выступает его высшим должностным лицом.
  • Высшим органом первичного отделения является общее собрание. Между собраниями собирается совет первичного отделения, высшим должностным лицом которого является председатель первичного отделения.

Первым председателем партии «Яблоко» был Явлинский Григорий (1993-2008 гг.).

Коллегиальным руководящим органом «Яблока» является федеральный политический комитет, который определяет позицию партии по главным политическим вопросам, возникающими между съездами; принимает решения об основных направлениях и объемах финансирования партии; предоставляет представления по ключевым кадровым назначениям федеральному бюро партии; организует деятельность федерального совета и созывает заседания партии. Федеральный комитет имеет право созывать внеочередные съезды.

В состав Федерального комитета входят: А.Г. Абрамов, Э.Э. Слабунова, С.С. Митрохин, В.Л. Шейнис, Б.Л. Вишневский, Л.М. Шлосберг, Б.Г. Мисник, Е.А. Бунимович, А.В. Яблоков, И.Ю. Артемьев, С.А. Ковалев, В.В. Борщев, С.В. Иваненко, Е.П. Дубровина, Г.А. Явлинский.

Федеральное бюро партии «Яблоко» — это постоянно действующий руководящий орган. Бюро принимает решения от имени партии, делают заявления в соответствии с решениями Политического комитета, осуществляет от имени партии права юридического лица, исполняет его обязанности согласно с партийным уставом. Бюро утверждает финансовую смету партии, порядок поступления (расходования) средств, отчеты об их исполнении, реализует другие полномочия согласно уставу партии.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.